Сенат Соединенных Штатов, как и предполагалось, в среду, 17 апреля, провалил президентский законопроект об ужесточении контроля за оборотом оружия в стране. На голосование были вынесены вопросы об ужесточении процедуры проверки покупателей оружия, возобновлении запрета на продажу штурмового оружия и введении ограничения на объем оружейных магазинов. Ни один из этих законопроектов не набрал 60 голосов сенаторов, необходимых для его принятия.
То, что президентские законопроекты в верхней палате парламента ждет непростая судьба, стало понятно после того, как руководство Сената приняло решение проводить голосование по особой процедуре, когда для одобрения требуется не простое большинство в 51 голос из 100 членов палаты, а квалифицированное — то есть 60 голосов из 100.
Демократы обладают заметным перевесом в Сенате: из 100 сенаторов 53 представляют именно эту партию, еще два сенатора являются формально независимыми, однако практически по всем вопросам примыкают к большинству. У республиканцев только 45 голосов.
Для того, чтобы понять, почему для принятия президентского законопроекта необходимо именно 60 голосов сенаторов, а не 51, необходимо разобраться не только в хитросплетениях оружейной политики Соединенных Штатов, но и в принципе работы Конгресса.
Право народа хранить и носить оружие
Для начала стоит понимать, что вопрос о свободном обороте оружия издавна крайне важен для Соединенных Штатов. Принятая в 1787 году Конституция фактически регулирует только отношения различных ветвей власти, а также штатов и Федерации. Уже через четыре года, в 1791 году, вступил в силу Билль о правах — первые десять поправок к Конституции, где идет речь о правах граждан Соединенных Штатов. Первая поправка гарантирует свободу слова, а уже вторая гласит: «Так как для безопасности свободного государства необходима хорошо устроенная милиция, то право народа хранить и носить оружие не будет ограничиваться».
Несмотря на прямой запрет в Конституции ограничивать право на ношение и хранение оружия, как федеральное правительство, так и правительства различных штатов и муниципалитетов регулируют оборот оружия. Исторически сложилось, что главные любители оружия живут на Юге, и там, соответственно, наиболее либеральные законы. На Западе и Северо-Востоке, напротив, местные правительства стараются сократить количество оружия в руках у населения.
После каждого массового расстрела в школах, университетах и других людных местах на повестку дня ставятся очередные ограничения на распространение оружия. Как правило, проводниками этой идеи являются левые из Демократической партии, которые популярны как раз в богатых штатах Северо-Востока и Тихоокеанского побережья. Правая Республиканская партия популярна в южных штатах и, соответственно, представляет их интересы и всячески противится очередным регуляциям оружейного рынка.
Поводом для новых споров об оружии стала бойня в школе «Сэнди-Хук» в Коннектикуте, которая произошла 14 декабря 2012 года. Всего были убиты 26 человек, в том числе 20 детей. Президент Барак Обама тут же пообещал, что будут приняты меры, которые позволят избежать в будущем повторения трагедии.
Комиссия во главе с вице-президентом Джо Байденом предложила устранить лазейки в законодательстве, которые позволяют получать доступ к оружию преступникам, неуравновешенным и просто психически больным людям. Для этого предполагалось создать федеральную базу, в которой содержались бы имена всех, кому доступ к оружию запрещен. Также президент предложил запретить продавать штурмовые винтовки, магазины повышенной емкости, а также бронебойные пули. Предполагалось организация вооруженной охраны в школах (сейчас они объявлены зоной без оружия). Отдельно в плане Обамы прописывались исследования психического воздействия на школьников компьютерных игр и жестоких сцен в кино и по телевизору.
Джо Байден
Нетрудно догадаться, что республиканцы негативно отреагировали на предложения Обамы. Критике подвергся каждый пункт программы президента. Во-первых, правые усмотрели в законопроекте возможность создания федеральной базы данных покупателей оружия — а это в стране, где до сих пор нет универсальных документов, слишком похоже на «Большого брата». Как может помешать потенциальному сумасшедшему, решившему расстрелять школьников, отсутствие магазина повышенной вместимости вообще непонятно — если в школе нет охраны, то он спокойно перезарядит свое оружие за несколько секунд. Вооруженную же охрану в школах предлагала организовать Национальная стрелковая ассоциация, однако демократы отвергли эту идею, а через несколько недель, фактически, предложили тоже самое.
Проблема президента Обамы в том, что, в соответствии с Конституцией, по большинству из озвученных им предложений он был обязан заручиться поддержкой Конгресса. И если в Сенате у демократов большинство, то Палату Представителей контролируют республиканцы, которые бы точно «зарубили» семь подготовленных Обамой законопроектов. Поэтому президент решил вначале «обкатать» свои предложения на Сенате, чтобы потом члены Палаты Представителей воевали не с ним лично, а со своими коллегами из Сената.
Барак Обама
Однако даже Сенат провалил президентские законопроекты. Больше всего голосов набрало предложение об усилении ответственности за нарушение правил продажи оружия, однако и там не хватило двух голосов.
Сразу после того, как Сенат отклонил первую из семи предложенных поправок, Обама выступил с гневной речью, в которой обвинил сенаторов в том, что они не слушают 90 процентов американцев, которые поддерживают ограничения на оборот оружия. Обама назвал произошедшее «довольно-таки позорным днем для Вашингтона» и пообещал, что будет и дальше добиваться своего.
После таких слов президента Сенату, фактически, ничего не оставалось, кроме как отклонить и остальные законопроекты.
Для того, чтобы блокировать законопроект, оппозиция воспользовалась вековыми и даже тысячелетними традициями и добилась своего.
Римские традиции на страже штурмовых винтовок
Для того, чтобы понять, как работает американский парламент, стоит для начала отметить, что в Соединенных Штатах законопроект не обязательно вначале рассматривает нижняя палата парламента, как это происходит в современной России. В вопросах законотворчества Палата Представителей и Сенат равноправны. Каждая из палат может рассмотреть законопроект, принять его, а затем направить в другую. Не редкость, когда две палаты парламента принимают два похожих законопроекта, различие которых скрывается в мелких деталях. В таких случаях создается согласительная комиссия, которая вырабатывает компромиссный вариант текста, который отправляется для голосования в обе палаты парламента. После того, как и Палата Представителей, и Сенат Конгресса США примут законопроект, он отправляется на подпись президента. Он может наложить вето на документ, но парламент имеет право его преодолеть — для этого необходимо две трети голосов в каждой из палат.
Процедуры голосования в Сенате и Палате представителей несколько различаются. В обеих палатах действуют комитеты и подкомитеты, в которых и происходят настоящие баталии по поводу законопроектов, а на пленарных заседаниях обсуждаются только политические вопросы. И вот тут есть интересное отличие: регламент Палаты представителей строго ограничивает время выступления на прениях, а регламент Сената разрешает членам верхней палаты говорить сколь угодно долго, если только за прекращение прений не выскажется три пятых сенаторов — то есть, на сегодняшний день, 60 голосов из 100.
Намеренное затягивание дебатов в Америке называется филибастер (Filibuster). Примеры похожих процедур известны даже в Древнем Риме: сенатор Катон-младший зачастую затягивал свое выступление по поводу инициатив Юлия Цезаря до наступления сумерек, когда по правилам в работе Сената объявлялся перерыв.
Возможность филибастера существовала с первых лет существования Сената США, однако впервые он был применен в 1841 году. Самое знаменитое применение филибастера произошло в 1957 году, когда сенатор Стром Термонд 24 часа 18 минут читал речь против Акта о гражданских правах, который расширял права цветных граждан Америки. Прежде чем произнести самую длинную речь за всю историю Конгресса США, Термонд хорошо отдохнул, а также посетил парламентскую сауну, чтобы вывести из организма излишки воды и избежать необходимости отлучаться в туалет. В ходе своего выступления он полностью зачитал Декларацию независимости США, Билль о правах, прощальную речь Джорджа Вашингтона, а также многие другие исторические документы. Сенаторы, выслушав речь своего коллеги, все же проголосовали за расширение прав меньшинств и, на всякий случай, приняли поправки в регламент, согласно которым прения теперь не могут длиться дольше 30 часов — для этого достаточно согласия трех пятых состава палаты, то есть 60 голосов.
Впрочем, в последнее время настоящих филибастеров почти не происходит — партии меньшинства достаточно декларировать свое намерение, чтобы лидер Сената согласился на то, чтобы законопроект принимался не 51 голосом из 100, а 60. Последний раз попытка жестко пресечь филибастер произошла в 1988 году, когда лидер демократического большинства сенатор Роберт Берд объявил бессрочное заседание, чтобы все-таки продавить нужный ему законопроект. Республиканцы в ответ покинули Капитолийский холм, чего, формально, не имели права делать до окончания заседания палаты. Берд не растерялся и приказал сенатскому приставу арестовать отсутствующих сенаторов и доставить их на заседание. Водворить на рабочее место удалось только одного сенатора, республиканца Роберта Пэквуда, которому вдобавок во время задержания сломали палец.
Из-за того, что филибастер так сильно преобразился — вместо длинных речей оппозиция теперь добивается своего простой угрозой — все сильнее звучат голоса о реформировании этого института. Однако несколько лет назад была принята только одна значимая поправка: большинство может остановить филибастер 51 голосом при условии, что меньшинство сможет внести две поправки в обсуждаемый законопроект.
Лидер демократического большинства в Сенате Гарри Рид испугался, что республиканцы смогут внести такие поправки, которые полностью исказят предложенный президентом законопроект. Правое большинство в Палате Представителей с радостью одобрило бы документ, после чего Обама будет вынужден подписать свой же законопроект с измененным содержанием.
Гарри Рид
Барак Обама сейчас, впрочем, не в том положении, чтобы тратить весь свой политический капитал на борьбу с оружейным лобби. Тем более, массовые убийства вряд ли прекратятся, даже если полностью запретить продажу оружия — слишком много стволов находятся на руках, а способа запретить одному человеку продать свою собственность другому пока что не найдено.
