Американские СМИ наблюдают за развитием событий по итогам гибели российского самолета ИЛ-20 на прошлой неделе. Самолет был сбит сирийскими системами ПВО, отреагировавшими на израильский самолет. Таким образом, Израиль оказался главным объектом потенциальных обвинений. Сразу после инцидента обвинений не последовало, однако сейчас появился риск напряженности.
В воскресенье, пишет Washington Post, напряженность между Россией и Израилем возросла по итогам того, что российское министерство обороны начало возлагать на Израиль ответственность за гибель самолета. Это идет в разрез с предшествующими попытками обоих государств смягчить возможный конфликт.
Крушение самолета привело к гибели пятнадцати российских военных, и это самая большая разовая потеря российской армии за время трехлетнего участия в сирийской войне, оговаривают авторы. По версии российского минобороны, Израиль нарушил договоренности с Россией, призванные избегать столкновений во время воздушных операций в Сирии, и не предупредил вовремя о своих планируемых действиях вблизи российской военной базы. Израиль оспаривает эти обвинения, ссылаясь на свои ранние отчеты о том, что российские военные были предупреждены.
Авторы также подчеркивают, что обвинения со стороны России контрастируют с тем, что на прошлой неделе по поводу этого инцидента заявил президент России Владимир Путин, назвавший гибель самолета цепью трагических случайностей, но не возлагавший никакой ответственности на Израиль. Мягкость реакции мотивировалась тем, что связи с Израилем — чрезвычайно важный стратегический ресурс. Однако реакция минобороны вызывает у авторов новые вопросы о том, насколько прочны связи между Россией и Израилем.
Россия по-прежнему пока не озвучивала намерений принять по отношению к Израилю какие-либо карательные меры. Однако даже критика со стороны Москвы, по всей видимости, была для Израиля неожиданностью, после того как конфликта, казалось бы, уже удалось избежать. Израилю здесь есть что терять, отмечает WP, - он может лишиться согласия России на проведение своих военных операций в Сирии, что ему совершенно не выгодно. Для Кремля ситуация тоже вышла неприятной, потому что Израиль — действительно важный стратегический партнер, и было бы нехорошо ссориться с ним как раз в тот момент, когда Россия стремится усилить свое влияние на Ближнем Востоке.
Wall Street Journal пишет, что инцидент с самолетом может испортить отношения между Россией и Израилем. На прошлой неделе по поводу сбитого самолета никакой жесткой реакции со стороны России не последовало. Некоторые комментаторы даже подчеркивали разницу между этим случаем и инцидентом с Турцией в 2015 г., когда сбитый СУ-24 стал поводом к сильному охлаждению в отношениях. Теперь ситуация изменилась, потому что Россия начала оспаривать израильскую версию событий, представляющую инцидент как прискорбную случайность, и возлагать на него ответственность за произошедшее.
Российский военный самолет ИЛ-20, напоминает WSJ, был сбит сирийской полуавтоматической системой ПВО, которая отреагировала на израильский самолет, ударивший по иранским позициям на территории Сирии. Это может нарушить то хрупкое равновесие, к которому пришли Россия и Израиль, долгое время успешно находившие компромисс между своими интересами в сирийском конфликте избегавшие расширения конфликта. Автор подчеркивает, что эскалация напряженности происходит не на уровне глав государств, а на уровне оборонных ведомств.
В другом материале WSJ также пишет о возможных рисках конфликта между Россией и другими ее партнерами в Сирии, в первую очередь Ираном. Первоначально Россию и Иран объединяла общая цель — поддержка сирийского президента Башара Асада. Теперь война начала затухать, и на первый план выходит экономическое соперничество. Этому особенно способствует возобновление США санкций против Ирана.
Россия на Ближнем Востоке, оговаривают авторы, ведет многостороннюю дипломатию и стремится держать ситуацию в равновесии, выстраивая связи с главными региональными соперниками в лице Ирана, Саудовской Аравии и Израиля. Эти связи она использует как для достижения своих прямых целей, так и в качестве инструментов давления. В частности, когда Россия усиливает, например, торговое взаимодействие с Саудовской Аравией или Израилем, это одновременно и давление на Иран. Долгое время этот механизм работал, но сейчас ситуация может стать напряженной.
