СМИ продолжают обсуждать сюжет с начавшимися в Саудовской Аравии антикоррупционными чистками. От обсуждения событий в их непосредственном контексте авторы теперь перешли к более широкому контексту и заговорили о международных инвесторах.
До недавнего времени, пишет Financial Times, инвесторы воспринимали политическую стабильность в Саудовской Аравии как нечто само собой разумеющееся. Считалось, что каким бы ни был ущерб, нанесенный ее экономике кризисом нефтяных рынков, на политике это не скажется. А потом в Саудовской Аравии неожиданно случилась массированная атака на элиты, и инвесторам пришлось столкнуться с не очень предсказуемой действительностью, в которой эта страна оказалась гораздо более рискованной для инвестирования, чем они полагали. Теперь им необходимо быстро рассудить, о чем говорит новый поворот событий. Можно расценивать его как свидетельство реформистского потенциала принца Мухаммада бин Салмана, что, вероятно, хороший знак для инвесторов. А можно усмотреть в этом начало грядущего хаоса, что для них уже совсем не хорошо.
На самом деле, оговаривают авторы, инвесторам не так давно уже приходилось тревожиться о своей участи в связи с Саудовской Аравией. Это было в 2014 г., собственно по причине нефтяного кризиса. Но с тех пор ситуация стабилизировалась, а в этом году международные инвесторы заинтересовались рынками облигаций в Саудовской Аравии и других странах Персидского залива. В таком разрезе им важнее всего как раз уверенность в политической стабильности. Некоторые такую уверенность выражают. Стране нужна экономическая реформа, считают они, а для этого необходима реформа политическая. Сейчас там как раз нашелся сильный лидер, который может сделать и то, и другое.
Другие настроены менее оптимистически. В сложившихся обстоятельствах Саудовской Аравии придется одновременно поддерживать бюджетный баланс, валютный курс и политическую стабильность. Некоторые пессимисты также опасаются, что нарушение стабильности в Саудовской Аравии может плохо сказаться и на ситуации в соседних странах — Ливане, Бахрейне, Ираке и Катаре.
Bloomberg пишет, что Саудовская Аравия сейчас пытается смягчить напряженность среди инвесторов, обеспокоенных внезапными чистками. Руководство подчеркнуло, что если чьи банковские счета и заморозили, то это были счета конкретных личностей, а не компаний, которыми они владеют или управляют. И вся эта история, уверяют власти, касается строго определенных людей, но никак не банков или корпораций.
Авторы подчеркивают, что особенно тягостное впечатление на инвесторов произвел арест принца-миллиардера аль-Валида бин Талала, который владеет акциями в таких компаниях, как Citigroup и Apple. Также были сообщения о том, что саудовский центробанк приказал банкам в стране заморозить счета десятков лиц, которых не арестовали. В общей сложности сумма арестованных счетов на тот момент составила $33 млрд. На этом ЦБ, по слухам, не успокоился, а разослал список из сотен имен с требованием заморозить их счета и счета, связанные с ними. Официальные источники, между тем, указывают на то, что аресты принцев были только «первой стадией» антикоррупционной кампании.
Президент США Дональд Трамп, отмечают авторы, поддержал эту кампанию. В то же время некоторые аналитики выразили обеспокоенность, что кампания — только предлог для захвата власти. Действительно, аресты и замораживание счетов вызвали спекуляции о том, что это делается ради избавления принца Мухаммада от конкуренции в престолонаследовании. Тем не менее, антикоррупционная история вызвала одобрение у многих саудовских граждан, которые пострадали по итогам снижения цен на нефть и склонны винить в своих бедах придворную элиту.
