Западные СМИ продолжают энергично обсуждают обстановку в Сирии, роль США и России в этом конфликте и стратегии борьбы с запрещенным в России Исламским государством.
«На второй день военного вмешательства в сирийский конфликт российские ВВС нанесли новые удары, которые опять – вопреки заявлениям Москвы – кажутся направленными не против Исламского государства, а против повстанцев», - пишет NY Times. Авторы статьи повторяю мысль, что Путин под предлогом борьбы с общим врагом в лице ИГ на самом деле нападает на оппонентов одиозного сирийского президента Башара Асада. Нападая на сирийских повстанцев, Россия едва ли поможет Асаду вернуть под свой контроль страну, но, скорее всего, ее вмешательство позволит ему потянуть время. Это, в свою очередь, приведет к длительной тупиковой ситуацией с возрастающим вовлечением союзников США – Саудовской Аравии и Турции, отмечают журналисты.
Washington Post также обсуждает тему российских ударов по противникам Асада, которых поддерживают США. Краткосрочная цель этих атак, поясняет автор, - расширить Асаду пространство для маневров. С точки зрения США особенно неприятно то, что Россия может действительно отбросить назад повстанцев, которые за прошедший год взяли под контроль значительную часть территории.
The Economist выражает опасения по поводу сложившегося расклада сил. Российский президент возглавил новую глобальную войну против терроризма; президент США, наоборот, очевидным образом устал от войн в мусульманском мире, которые его страна ведет уже больше десяти лет. При этом заявления Владимира Путина, что он борется с Исламским государством, по меньшей мере, сомнительны. Есть свидетельства в пользу того, что Россия атакует повстанцев-суннитов, которых поддерживают США.
Насколько Россия преуспеет в своей ближневосточной кампании, неизвестно, однако она сделала важный геополитический шаг. В то же время американская кампания против «Талибана» в Афганистане терпит поражение. Все это, комментирует автор, - симптомы одного и того же явления. Барак Обама, попытавшись выйти из ближневосточной игры, создал вакуум. Он сам призывал другие государства, в том числе Иран и Россию, подключиться к работе по преодолению конфликта. И нельзя сказать, чтобы он был совсем неправ. Но это было рискованным шагом. Для многих игроков это стало сигналом о том, что США отступают, и этим можно воспользоваться.
Если Обама не изменит свою нейтральную позицию, то следует ожидать, новых наплывов беженцев и роста экстремизма. Понятно, что после того, что Буш-младший устроил в Ираке под лозунгом «борьбы с терроризмом», Обама должен проявлять осторожность. Американская интервенция может усугубить положение дел. Но и при отсутствии США перспектива выглядит удручающей. В какой-то момент конфликт придет в ту стадию, на которой США уже не смогут занимать стороннюю позицию.
Нынешний хаос на Ближнем Востоке, объясняет автор, вызван, прежде всего, тем, что США начали сокращать военное присутствие. В 2011 г. вывели войска из Ирака. Когда начались протесты в Сирии, и Асад стал их подавлять, США не вмешались. Сейчас США выводят войска из Афганистана, и этот преждевременный вывод войск – большая ошибка. Нужно не выводить войска, а, наоборот, присылать подкрепление оставшимся в Афганистане. ВВС нужно задействовать постоянно, а не только в крайних случаях. В Сирии нужно не пытаться договариваться с Путиным, а жестко заявить, что Асад у власти не останется ни при каких условиях. Сейчас, почувствовав слабость оппонента, Россия вмешалась. Все это происходит из-за того, что Обама отказался от жесткого курса.
Развитие событий в Сирии комментирует на openDemocracy аналитик Пол Роджерс. По его мнению, вмешательство России в сирийскую войну чревато усложнением ситуации сразу по нескольким направлениям. Есть момент напряженности в плане наметившегося в последнее время сближения между США и Ираном. Иран – давний союзник России, и теперь, когда все три игрока участвуют в одном и том же конфликте, возрастает риск того, что отношения между Ираном и США ухудшатся из-за солидаризации Ирана с Россией.
Далее, некоторая неопределенность возникает в отношениях между Израилем и США. Как только в войну вступила Россия, Израиль сразу начал укреплять с ней связи – вплоть до визита премьер-министра Нетаньяху в Москву. Это может создавать в Белом доме двусмысленности.
Но главная проблема в сирийской конфигурации – пропаганда, которую грамотно ведет ИГ. Оно использует любую возможность, чтобы распространить идею о том, что они единственные настоящие защитники ислама от западных «крестоносцев». И эта пропаганда работает: к ИГ в Сирии и Ираке присоединяются силы из других мусульманских стран. Это, в свою очередь, дает им перспективу инфильтрации в эти страны. В их число входят Ливия, Афганистан и российский Кавказ. Сейчас, когда Россия начала бомбить ИГ, это только усилит исламистскую пропаганду среди мусульманского населения России.
Это значит, что избранная Россией стратегия принципиально порочна. Путин угодил в ту же ловушку, что и все остальные. Лондон, Париж, Вашингтон, Оттава, Канберра и теперь еще и Москва действуют по одной и той же схеме, которая выгодна Исламскому государству и позволяет ему распространять свое влияние. Напомним, что ранее Пол Роджерс развивал идею о том, что чем агрессивнее внешние силы нападают на ИГ, тем больше оно получает сторонников и тем эффективнее вербует себе боевиков.
