Официальная милицейская (она же в нашей стране и государственная) пропаганда регулярно убеждает общественность в том, что всякого рода чужаки и инородцы страшно угрожают безопасности страны. Так и вчера высокий эмвэдэшный чиновник напомнил нам, что борьба с нелегальной миграцией является приоритетом его ведомства. За такого рода заявлениями обычно следует охота на вполне невинных рабочих из СНГ. Ладно бы за рвением МВД скрывался вполне понятный фокус по переводу стрелок: надо же как-то припудрить впечатление от вреда безопасности граждан, который наносят сами силовые ведомства в лице своих отдельных представителей: гексоген в столицу пропускают и оружие боевикам продают безупречно легальные граждане, не говоря уже об обычных взятках и поборах. Но тут другое. За борьбой с чужаками и нелегалами, похоже, стоит осознанная государственная политика, распространяющаяся и на российских граждан. Причем на всех.
Но, как это у нас всегда бывает, что именно на уме у родного государства, граждане догадываются в последнюю очередь. Отчасти и потому, что те, кто знают, не могут это внятно растолковать. Так, благородная ярость правозащитников по поводу «реальной миграционной политики Российской Федерации» в очередной раз не произведет большого впечатления на общество. Потому что общество морально потрепано всем комплексом миграционных явлений v от обилия людей с иными социально-культурными установками на городских рынках до иногородних невест, претендующих на жилплощадь. «Эфемерные права человека«, по меткому позавчерашнему выражению Владимира Жириновского, вряд ли в ближайшее время будут основанием для каких-либо крупных общественных движений. Вразумлять население, конечно, стоит, но можно и не успеть.
Когда говорится о миграционной политике, речь на самом деле идет о цене и ценности российского гражданства, о том, какие политические и экономические права есть у носителя орлистого паспорта. Не секрет, что конкурентная цена российского гражданства всегда была
Или еще жестче. Развилка, от которой в одну сторону v охота за мигрантами (слова МВД, музыка народная), а по другую v «выгодная для страны и удобная для людей миграционная политика» (слова президента, музыка правозащитников и экономистов) v это совершенно определенный и однозначный политический выбор на тему: нужно ли российскому государству население России (и не только мигранты!), и если да, то в каком качестве и количестве. Логически тут два варианта: либо население будет допущено к модернизации страны и в ее экономику, либо большинство российских граждан, не занятых в сырьевом секторе, будет восприниматься как балласт нынешней хозяйственной системы с соответствующим отношением к ним.
Откуда следует столь определенная постановка вопроса о миграционной политике? Есть по меньшей мере демографический и экономический аргументы.
При современном обилии демографических исследований, стало доступно и множество мрачных прогнозов. По разным оценкам к середине века в Российской Федерации будет проживать от 90 до 110 (самый благоприятный вариант) миллионов человек. За последние четыре года население Сибири и Дальнего Востока уменьшилось не менее чем на миллион человек, если официальные данные конца девяностых и результаты переписи не врут. Уже сейчас хозяйство значительных территорий на востоке страны без китайских рабочих являлось бы кризисным. Рабочие из Китая фактически перестроили Хабаровск, строят Владивосток. И это, наверное, неплохо. Плохо то, какой знак дает тем самым государство фактическим соотечественникам v несмотря на все это, принимаются зубодробительный закон о гражданстве и о пребывании иностранных граждан, отсекающие русскоязычное население СНГ от России (китайский же поток всеми этими мерами не остановить, тем более что он экономически необходим). И дело даже не только в законах, но и в их применении: достаточно было увидеть, как всерьез дрожали работницы сферы торговли с Украины и Молдавии в ОВИРах в момент зарождения иммиграционных карт. А в результате обмена паспортов и связанного с этим абсурда около 4 миллионов российских граждан осталось вообще без какого-либо гражданства (из более 8 млн. человек, въехавших в России из стран СНГ с начала девяностых, российское гражданство получило всего 4,5 миллиона). Что из этой реальности следует для «коренных россиян»? Государство фактически дает понять, что население ему не очень нужно и оно спокойно относится к тому, чтобы вообще лишиться «балластовых» территорий и соответствующего населения.
Еще v экономический аргумент. Государство постоянно отвечает на вопрос, какое именно ему население нужно v экономически активное или так, чтобы не мешало, v вымирающий балласт. По реальной миграционной практике ответ понятен. И мигранты, и коренные жители по сей день привязаны к милиции и паспортному столу, даже внутренняя миграция фактически нелегальна. И это несмотря на дефицит рабочей силы, который, впрочем, не противоречит безработице в других секторах (на биржах труда не редкость, к примеру, такая ситуация: потребность в станкоинструментальщиках v 80, а заявок 18, зато вакантных мест менеджеров v 1, а претендентов v 77). Вовсю работают такие меры как ограничение количества «прописанных» граждан на единицу жилплощади. Это ведь понятно: балласт лучше держать на крючке крепостного права, чтобы точно было известно, по какому адресу прийти, если что, например, за взяткой. Если бы государству было нужно активное население, оно так хладнокровно бы не убивало трудовую миграцию.
Нашумевший пример. Несколько тысяч русскоязычных граждан в начале девяностых в спешном порядке выехали из разных стран СНГ и организовали переселенческую организацию «Волга» в Камышинском районе Волгоградской области. Трактора и сеялки купили на свои. Строились тоже сами... Пока поселение фактически не уничтожили грабежами и разбоем местные бандиты v то ли по попустительству, то ли по указанию местных властей. А ведь большинство этих мигрантов v это вполне легальные граждане России, просто несколько более работящие и менее пьющие, чем остальные.
Какой вывод из этого следует для остальных граждан? Тот же самый, что из истории о том, как государство фактически «сдало» российских граждан в Туркменистане: большинство россиян для него v «избыточное население».
Так что вопрос о миграционной политике вовсе не в том, захватит ли иногородняя невеста жилплощадь будущей свекрови или нет. Чтобы решать подобные проблемы нужно всего лишь, чтобы была возможность зарабатывать на нормальное жилье. Но когда говорят о мигрантах, подразумевают, на самом деле, не каких-то чужаков, а вполне определенный вопрос о цене и ценности российского гражданства v стоим мы чего-нибудь в своей стране или нет.
