Главы государств и правительств стран — членов Европейского Союза 25 ноября формализовали ключевой этап в процессе выхода Великобритании из интеграционного объединения, подписав соглашение по Brexit. Хотя до начала имплементации договора предстоит еще ряд формальных процедур, мир обсуждает «развод» Брюсселя и Лондона как свершившийся факт — хотя и с различной окраской.
Чаще всего в преддверии саммита соглашение оценивали как «не идеал, но...». Такую точку зрения высказал глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, для которого принятый в итоге договор стал «лучшим из возможных», и хотя в глобальном смысле Юнкер расценил Brexit как трагедию, тем не менее призвал всех поддержать сделку.
Недостатки в соглашении вынуждена была признать и британский премьер Тереза Мэй, которая шла к этому дню напролом, несмотря на волну отставок в своем кабмине и угрозу импичмента от однопартийцев. Однако за день до саммита ЕС Мэй постаралась замылить конкретику громкими словами о новой главе в истории Великобритании, единении, примирении и прочем обновлении: « Это должно стать точкой, в которой мы окончательно откажемся от ярлыков "выйти" или "остаться" и снова сплотимся как единая нация».
Стоит отметить, что буквально до последнего момента было неясно, состоится ли вообще судьбоносный саммит ЕС — власти Испании четко дали понять, что многолетний неурегулированный спор о Гибралтаре может дорого стоить сторонникам Brexit. Премьер-министр Испании Педро Санчес 23 ноября пригрозил Лондону сделать ход конем и сорвать заседание Совета ЕС по выходу Великобритании из Евросоюза, если Мадрид и Лондон не заключат сделку по Гибралтару — разумеется, на выгодных испанской стороне условиях.
Впрочем, Мэй проявила твердость: «Позиция Великобритании по вопросу о суверенитете над Гибралтаром не менялась и не поменяется. Я горжусь тем, что Гибралтар — британский, и всегда буду поддерживать Гибралтар». Поддакнули и власти Гибралтара, для которых не все так просто, поскольку членство этого британского владения в Евросоюзе определяется членством самой Великобритании.
Тем не менее, испанские власти потребовали четко прописать в соглашении по Brexit, что любые решения по Гибралтару Лондон может принимать только в прямых переговорах с Мадридом. Уже непосредственно перед саммитом ЕС премьер-министр Испании Педро Санчес пообещал голосовать в поддержку договора по Brexit: «Я только что объявил королю Испании, что у нас есть соглашение по Гибралтару».
В итоге Мадрид, как и обещал, не стал срывать саммит ЕС, соглашение о Brexit благополучно подписано.
Недовольных, предсказуемо, оказалось много. Так, лидер оппозиционной Лейбористской партии Джереми Корбин назвал политическую декларацию по Brexit «26 страницами ерунды».
Первый министр Шотландии Никола Стерджен напомнила, что еще не все потеряно — финализация соглашения требует принятия договора Европарламентом и парламентами всех сторон сделки. В связи с этим она призвала британский парламент проголосовать против договоренности с Брюсселем: «Это плохая сделка, обусловленная провальными ограничениями премьер-министра и бесконечным потакательством своей партии. Парламент должен отвергнуть ее и поддержать лучшую альтернативу». А лучшей альтернативой идеолог референдума об отделении Шотландии от Великобритании сочла новый плебисцит по выходу Великобритании из ЕС.
Российская сторона также не оставила без комментариев соглашение между Брюсселем и Лондоном. Глава комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков убежден, что Brexit, как дурной пример, заразителен: «Я думаю, что после выхода Великобритании из ЕС могут последовать и иные страны. Дело в том, что их интересы внутригосударственные зачастую очень серьезно противоречат общеевропейским интересам». На отношениях Великобритании и ЕС с Россией Brexit никак не скажется, считает парламентарий, а вот самому Евросоюзу может аукнуться: «Я не исключаю, скажем так, политический развал Европейского союза. Это достаточно далеко, но возможно».
С похожим предостережением выступил и президент Франции Эммануэль Макрон, по мнению которого, Brexit продемонстрировал хрупкость интеграционного объединения: «Это показывает, что наша Европа нуждается в реформировании, это очевидно, и я этот вариант поддерживаю, над этим мы продолжим работать. Это, как мне кажется, должно стать темой предстоящих дебатов перед европейскими выборами. ЕС должен быть глубоко реформирован для наших граждан».
