Руководитель «Фейсбука» Марк Цукерберг выступил перед американским сенатом. Это выступление СМИ начали обсуждать заранее — еще на этапе публикации его тезисов. Теперь они подводят итоги: в основном это публикации в жанре «ключевые выводы». Предварительное обсуждение было сосредоточено на гипотетических вопросах, на которые пытался ответить «Фейсбук». Обсуждение нынешнее основывается уже на фактических претензиях, высказывавшихся сенаторами. Один из таких обзоров представил Bloomberg.
В каком-то смысле, пишут авторы, встреча с сенатом прошла легче, чем можно было ожидать. Например никто не спросил его о том, не следует ли ему уволиться. На это Цукерберг, как следует из предварительных тезисов, ответил бы, что не следует, потому что ему уже случалось с честью выходить из трудных положений. Не спрашивали его и об изъянах поиска в системе, из-за которых злоумышленники могли получить доступ к пользовательским данным. Цукерберг бы ответил на это, что изъяны уже устранены, и такого доступа у злоумышленников больше нет.
Тем не менее, были и неоднозначные темы, по которым Bloomberg сделал основные выводы. Во-первых, это политика приватности «Фейсбука», которую раскритиковали сенаторы обеих партий. Главная претензия в том, что она сложна, запутана и излагается преимущественно в документации, которую многие пользователи просто не читают. Нынешняя правовая рамка в этой части у «Фейсбука» направлена на то, чтобы защититься в случае чего от ответственности, а не на то, чтобы защищать права пользователей на конфиденциальность.
Во-вторых, по итогам выступления Цукерберга перед сенатом следует ожидать, что будут введены новые правила, регулирующие деятельность соцсети. Это мотивируется тем, что раз уж сенат взялся разбираться с этой историей, ему будет трудно просто так поручиться перед избирателями за их цифровую безопасность. Надежнее будет дать этому правовую основу. В связи с этим зашла речь о законе, который бы регулировал сферу конфиденциальности. «Фейсбуку» такая перспектива не очень нравится: Цукерберг подчеркивал готовность направить как можно больше ресурсов компании на защиту пользовательских данных, но законодатели, по всей видимости, этим не удовлетворятся.
В-третьих, начались разговоры о монополии «Фейсбука». Сенаторы наседали на Цукерберга с вопросами, есть ли у него настоящие конкуренты и есть ли альтернатива «Фейсбуку» в частном секторе. Цукерберг на это уклончиво отвечал, что ему лично «Фейсбук» монополистом не кажется. Но сенаторов это мнение не убеждало. Более того, у них даже начала зарождаться идея, что если компания набирает слишком много власти, то с ней нужно что-то делать: или делить на части, или предписывать ей особые правила. Ранее власти США относились к монополистам крайне терпимо.
Также «Фейсбук» уже давно критикуют за неправильную контентную политику. Критика имела место и со стороны сената, хотя некоторые сенаторы отметили, что иногда бывает трудно провести границу между разжиганием ненависти и политической полемикой. В этой части «Фейсбук» намерен действовать путем усовершенствования алгоритмов и дальнейшего обучения искусственного интеллекта. Правда, и тут нашлись усомнившиеся сенаторы, которые указали, что интеллект может заодно случайно приобрести антиконсервативную предвзятость, что было бы несправедливо.
Еще один вывод из выступления Цукерберга состоит в том, что «Фейсбук» не знает, насколько велик был политический эффект от недостатков его политики. Сенаторы пытались выяснить, какие еще деятели, помимо Cambridge Analytica, получали доступ к пользовательским данным, но внятного ответа от Цукерберга не добились. Он только пообещал, что будет проведена полная ревизия тысяч приложений на предмет их возможностей и особенностей.
В итоге авторы заключают, что выступление было в целом успешным. Цукербергу удалось расположить к себе инвесторов и некоторых сенаторов. Он не допустил никаких критических ошибок во время своего пятичасового выступления и говорил сдержанно и уверенно. К вечеру вторника акции «Фейсбука» выросли в цене на 4,5%, и это значит, что инвесторы несколько успокоились.
