«… в нем погасло пламя непримиримой и смертельнойвражды
к побежденному герцогу, и с этой поры
он стал человечнее относиться и к нему, и кподданным»
Монтень
«Я лишен возможности видетьвас, сударыня, -- что ж, я хочу, чтобы вы каждый день слышали обо мне. Знаетели вы, что за цель имела экспедиция на остров Рэ и союз с протестантамиЛа-Рошели, который я замышляю? Удовольствие увидеть вас. Я не могу надеяться соружием в руках овладеть Парижем, это я знаю. Но за этой войной последуетзаключение мира, заключение мира потребует переговоров, вести переговоры будетпоручено мне. Тогда уж не посмеют не принять меня, и я вернусь в Париж, и увижувас хоть на одно мгновение, и буду счастлив. Тысячи людей, правда, за этосчастье заплатят своей жизнью. Но мне не будет до этого никакого дела, лишь быувидеть вас!». Это герцог Бекингэм, место действия – Париж, Лувр, времядействия -- примерно 1626—27 гг. (точнее сказать невозможно, как почти всегда,когда речь идет о сочинениях Александра Дюма-отца), эмоционально изложенноевоенно-политическое кредо обращено к королеве Франции, Анне Австрийской,супруге Людовика XIII.
Через год-два (см. наше замечание об особенностяххронологии Дюма-пера), 23 августа1628 года (эта дата точна, в отличие от предыдущих) герцог будет убитфанатиком-пуританином Фельтоном, ставшим жертвой коварной и жестокойобольстительницы (ми)леди Винтер. Ла-Рошель – этот последний оплот гугенотов воФранции -- падет к ногам Людовика XIII иего первого министра кардинала Ришелье, миледи отравит несчастную Бонасье,головорезы-мушкетеры с помощью еще одной милединой жертвы отрежут голову ейсамой, Д'Артаньяна сделают лейтенантом, пройдет еще двадцать лет, бывшиемушкетеры отправятся спасать английского короля Карла I, которому в концеконцов отрубит голову сын обезглавленной миледи … и так далее и тому подобное,до самой смерти маршала Д'Артаньяна уже лет тридцать спустя при осаде какой-тонидерландской, что ли, крепости.
Главный урок эпопеи Дюма – внешняя ивнутренняя политика великих государств есть следствие прихотей, страстей,раздражения и симпатий великих (и не очень) монархов, герцогов, кардиналов,графов и даже простых лейтенантов роты королевских мушкетеров; хочет герцогБекингэм увидеть Анну Австрийскую – тут же вооружает флот на помощь Ла-Рошели.Мол, именно так дела и делаются по-настоящему; все остальное – политическиеустремления, борьба за права, экономические интересы и даже религиозныеразногласия – специально придумано для отвлечения простаков. Как говаривалПортос, «свернуть шею этой проклятой миледи – меньший грех, чем убивать бедныхгугенотов, все преступление которых состоит только в том, что они поютпо-французски те самые псалмы, которые мы поем по-латыни».
С тех пор прошло почти четыреста лет. Ла-Рошель взяли. СынЛюдовика XII, высокомерный тупой «Король-солнце» отменил Нантский эдикт и почтивсе гугеноты сбежали из Франции, осев от Южной Африки и Северной Америки доЛондона. Католикам давно уже дозволено распевать псалмы на их национальныхязыках. Политика, как внутренняя, так и внешняя, делается – по крайней мере взападном мире – исходя из сложной совокупности экономических интересов,социальных стремлений и ожиданий, идеологических установок, партийных имедийных предпочтений. Запад, этот несокрушимый форпост Прогресса, Рацио,Демократии и Здравого Смысла, противопоставляет свои неизменные прогрессивныеустановки произволу, коварству, цинизму, страстям «восточных» и «южных» тиранийи диктатур.
Здесь, в Америке, Германии, Британии, Франции, царствует Разум, несвязанный с низменными побуждениями отдельных людей, сколь бы знамениты имогущественны они ни были; решения принимаются с опорой на демократическиепроцедуры, реализуются ответственными перед парламентами правительствами, завсем этим пристально присматривают суды, пресса и общественное мнение. В нашихпредставлениях эпоха, когда влюбленные венценосцы ввергали свои владения в хаосвойны и неразберихи, чтобы угодить прекрасным дамам, когда бушевалишекспировские страсти, главной из которых, безусловно, является жажда мести,когда пешки-подданные гибли в огне, бушевавшем в сердцах монархов, прошла,закончилась, исчерпала себя с появлением национальных государств, выборныхинститутов и международных организаций. Даже о тиранах XX века такого не подумаешь:разве станет кто-нибудь утверждать, что Гитлер напал на Сталина, полюбив всейсвоей коричневой душой кого-нибудь из кремлевских жен?
Меж тем, и одно, и второе наше утверждение являетсяложным. Конечно, политика XI или XVI веков довольно часто зависела от прихотейцарствующих особ; только вот надо понимать, что эти прихоти неизменно лежали врусле тогдашнего стиля, точнее – типа политики, инструментами (а непобудительными мотивами) которой были и династические браки, и детальныевыяснения вопроса «кто чей вассал?», и личные встречи на пирах и турнирах.Любовницы советовали, фавориты нашептывали, злопамятные вельможи науськивали,но основой политики, внутренней и даже внешней, были четко осознанные интересы– если не государства как такового (государства того времени мало похожи нанынешние), то Короны, Церкви, Династии, подданных. Исключений мало, но они ещебольше подтверждают правило. Это ведь только с нашей современной, довольнопошлой, точки зрения за каждым государственным жестом должен прочитыватьсяперсональный интерес. Или, на худой конец, жажда власти. Представить себе, чтовсе было не совсем так (совсем не так) еще шестьсот лет назад, нам не позволяетсобственная ограниченность и, уж простите, просто глупость.
Эти же качества не позволяют нам увидеть в сегодняшнемзападном мире кипение страстей – иногда высоких, а чаще, надо сказать, мелких,вовсе не шекспировских. Куртуазных виньеток в нынешней политике не заметишь,это верно, никто войны с Францией не начнет ради удовольствия лицезретьпрекрасные глаза Карлы Бруни на торжествах по поводу заключения мирногодоговора. Впрочем, их и так есть где увидеть – на экране, на странице журналови газет. А вот злопамятство, жажда мести – это в самый раз. Все помнят, какиечувства испытывал Джордж Буш-младший в отношении покойного ныне СаддамаХуссейна.
Циники (ну хорошо-хорошо, не циники, а прагматики) скажут, чтонесчастную войну в Ираке Америка начала, преследуя некие интересы неких (небудем их называть) корпораций. Здравомыслящие люди возразят: перед нами чистаяместь сына за издевательства (весьма, впрочем, символические), которым иракскийдиктатор подвергал имя Буша-старшего. И, конечно, желание отпрыска закончитьдело, начатое отцом. Потом уже этот импульс оброс так называемыми «политикой»,«экономикой» и особенно «идеологией», потом заработали департаменты иминистерства, выдавая фальшивые отчеты, невнятные аналитические записки, толькопотом прагматичные друзья Америки (Британия, Польша, Грузия и так далее) сталивыдавать себя за борцов за демократическое будущее иракского народа… Чем этокончилось, мы все знаем.
В этом смысле происходящее сейчас вокруг полковникаКаддафи уже точно возвращает нас во времена создания театра «Глобус» ипохищения алмазных подвесок Анны Австрийской. В Йемене власти расстреливаютпротестующих. На Западе это не интересует почти никого. Саудиты вторгаются вБахрейн, чтобы подавить тамошнюю оппозицию. Почти ноль внимания. Не будемобвинять Запад в лицемерии; все вполне разумно – существующие арабские режимы,не являясь образцами демократии, все-таки партнеры и, как доказывают последниедесятилетия, надежные партнеры в самых важных вопросах, от поставок нефти дорегиональной безопасности. С ними можно иметь дело, держать на их территориисвои военные базы, можно даже строить какие-то вполне осмысленные планы набудущее. Кто им противостоит сейчас – неизвестно; как неизвестно было, ктобунтовал в Тунисе, Египте, кто ведет сейчас бои против Каддафи в Ливии. Чегоэти повстанцы хотят? Как будут вести себя, если придут к власти? Не враги лиони демократии и западных ценностей? Нет ответа, и быть не может. Осторожность,здравый смысл, уважение принципа невмешательства и целостности чужих государствговорят: лучше не вмешиваться. И не вмешиваются – в Йемене, Бахрейне,Саудовской Аравии.
Но только вот с полковником Каддафи все совсем не так. Он– тот самый, кто раскидывал шатры у президентских дворцов Европы, кто жал рукудемократичнейшим лидерам либеральнейшего мира, кто учил своих детей ввеличественнейших храмах рыночной экономики, кто осыпал щедрыми подарками как этихлидеров, так и эти самые храмы, – ныне именуется «кровавым диктатором»,стремительно вырвавшись на второе место после Гитлера в списке главных злодеевпоследних ста лет. Как же это произошло? Чем Каддафи хуже саудовских принцев,покоящих свое неторопливое правление на каменных законах шариата? Непонятно – сточки зрения современной политики и идеологии…
И вот здесь в игру вступаютШекспир и Дюма. Перед нами типичный акт коллективной мести, будто «Восточныйэкспресс» читаешь. Каддафи, этот циничный, дьявольски хитрый паяц, долго и изощренно издевался над несколькимипоколениями западных политиков, выставляя их в самом идиотском виде. Вспомнимтолько один сюжет. Каддафи приказывает взорвать американский лайнер надшотландской деревней, выставив себя отъявленным террористом. Его наказывают,введя международные санкции против Ливии. Потом Каддафи вдруг признаетсобственные заблуждения и выдает своих людей гуманному нидерландскому суду.Более того, заплатив компенсации локербийским жертвам, он внезапно становится…не то чтобы хорошим, но и не совсем плохим -- на фоне отъявленного мерзавцаСаддама.
К нему проникаются сдержанной симпатией, особенно учитывая ливийскиезапасы нефти и газа. К Каддафи приезжает погостить непреклонная Кондолиза Райс,а сам он не без помпы совершает турне по европейским столицам. Впрочем, послеэтого он приказывает арестовать каких-то несчастных болгарских (оцените выбор!)медсестер и палестинского врача, обвинив их в намеренном распространении СПИДа.Запад долго и мучительно выкупает новейших врачей-убийц – так наш герой «отбил»совсем не символический капитал, потерянный им на локербийских компенсациях.Символический же капитал он вернул несколько позже, когда умирающий террористАль-Меграхи, сидевший в шотландской тюрьме, был отпущен провести последние днижизни дома. Вместо одра смерти его ждал пышный государственный прием и не безприятности жизнь, которая, судя по всему, продолжается до сих пор… В одной этойистории Каддафи выставил на посмешище, как минимум, четырех британскихпремьеров, нескольких американских госсекретарей, парочку французскихпрезидентов, не считая руководителей Европейского Союза и прочих международныхорганизаций. И таких сюжетов немало; список обиженных и оскорбленных,одураченных и проведенных за нос ливийским шутом, не короче перечня кораблей в«Илиаде».
А сейчас для Каддафи пришел час расплаты. Но не только для него. Это, насамом деле, последний, самый дьявольский трюк полковника – выставить своихврагов, сероватых либеральных лидеров демократического мира в виде эдакихграфов Монте-Кристо, которые, презрев здравый смысл и всяческие формальности,предаются сладкой мести супостату.
См. также другие тексты автора:
