Национальный музей в Копенгагене передает Саамскому музею в городе Карасьйок на севере Норвегии бубен саамского шамана, конфискованный у владельца датскими властями в 1691 году. «Для нас это драгоценный объект, который является символом нашей истории, ценностей и культуры — и в то же время символом колонизации и неравноправных отношений», — говорит директор Саамского музея Елена Порсангер.
Владельцем бубна был Поала-Анде (Андерс Поульсен), ставший последней жертвой серии процессов по обвинению в колдовстве, проходивших в Норвегии в 1621–1692 годах. Он был жителем полуострова Варангер в северной Норвегии и потомственным нойдой — шаманом. Подобно другим нойдам Поала-Анде использовал в ходе ритуалов традиционный бубен.
На данный момент сохранилось около 70 саамских шаманских бубнов, избежавших уничтожения в ходе христианизации саамов в XVII–XVIII веках. Самая большая коллекция, насчитывающая более тридцати бубнов, находится в Музее северных стран в Стокгольме. Отдельные экземпляры имеются в Берлине, Лейпциге, Гамбурге и Риме, а также в Британском музее и Музее археологии и антропологии Кембриджского университета.
Рисунки на бубне Поала-Анде. Wikimedia Commons
Саамские бубны имели характерную овальную форму, но их конструкция различалась в зависимости от региона. На оленью шкуру, которая служит мембраной этих бубнов, наносились изображения, которые христиане неверно называли «рунами», поэтому бубны саамских шаманов часто называют «руническими барабанами». В действительности на бубнах изображались саамские божества, духи, шаманы, люди, олени, дикие животные, сцены охоты, рыболовства и оленеводства, местные горы, озера и стойбища. В результате контактов с христианами на бубнах появлялись изображения церквей, домов и лошадей. Некоторые изображения отражают членение вселенной на верхний, средний и нижний миры. Каждый бубен имел индивидуальное оформление, связанное с личностью использовавшего его шамана. Для ударов по бубну имелась специальная колотушка из оленьего рога.
Бубны использовались для вхождения в шаманский транс, когда душа шамана совершала путешествии по миру духов, а также при гадании. В последнем случае на поверхность бубна клался особый кольцеобразный предмет под названием «вуорби», то есть «указатель», сделанный из латуни, кости или дерева. После ударов в бубен положение вуорби по отношению к изображенным на бубне символам определяло результат гадания.
Среди христиан XVII века о саамских шаманах ходили самые невероятные легенды. Например, говорили, что во время Тридцатилетней войны (1618–1648) шведы одерживали победы благодаря колдовству саамских шаманов, а также что колдуны из других стран приезжают в Лапландию учится у саамов. Эти представления проникли и в художественную литературу, взывав упоминания «лапландских ведьм» в произведениях английских авторов, а также появление колдуна финна в «Руслане и Людмиле» Пушкина.
Бубен был отнят у Поала-Анде 7 декабря 1691 года, а сам он был взят под стражу и предстал перед судом по обвинению в идолопоклонстве и колдовстве. В частности, его обвиняли в том, «он использовал инструмент, который они называют руническим барабаном, с которым он практиковал злое и безбожное колдовское искусство» На суде Поала-Анде рассказал, что пользоваться бубном его научила мать, потому что «он хотел помогать людям в беде, и своим искусством он хотел творить добро, и его мать сказала, что она научит его такому искусству». Поала-Анде объяснил значение изображений на бубне и даже продемонстрировал судьям использование бубна. Материалы его процесса теперь считаются важным источником сведений о традиционных саамских культах. Судьи не смогли вынести решение и отправили запрос в Копенгаген (тогда Норвегия входила в состав Дании). Но пока вопрос о его судьбе решался в столице, Поала-Анде зарубил топором другой заключенный, которого «покинул рассудок».
Бубен Поала-Анде оказался в датской королевской коллекции, а затем — в Национальном музее Дании. С 1979 года он был передан Саамскому музею на правах аренды, но попытки саамов официально вернуть себе право на бубен долгое время оставались безрезультатными. В прошлом году президент саамов Норвегии обратился по этому поводу к королеве Дании Маргрете, надеясь, что она будет действовать как «совесть датского народа».
Саамский режиссер Силья Сомби, которая сейчас заканчивает работу над фильмом о шаманских бубнах (его показ ожидается на Венецианской биеннале в августе), сказала, что официальная передача бубна Саамскому музею стала событием огромной важности. По ее словам, для саамов такие бубны — «как Библия, каждый из них имеет свои особые значения и символы». Сейчас бубен Поала-Анде проходит консервацию. 12 апреля он будет выставлен в качестве центрального элемента новой выставки Саамского музея.
По словам Елены Порсангер, нынешний Саамский музей Карасьйоке не подходит для размещения большого количества предметов, столь же хрупких, как бубен XVII века. Он слишком мал, не имеет надлежащих помещений для хранения и системы контроля климата. «Мы рассматриваем планы по созданию нового музея, — говорит она. —Надеюсь, мы осуществим мечту».
По ее словам, музей больше не обращался с просьбами о возвращении шаманских бубнов. Она говорит: «У нас есть истории, язык и терминология, которыми мы хотели бы поделиться с другими музеями, если они прислушаются». В мае она планирует посетить британские учреждения, в которых хранятся саамские материалы, в том числе Британский музей и Mузей археологии и антропологии Кембриджского университета, а также Музей Хорнимана в Лондоне и Музей Питта Риверса в Оксфорде. Последний владеет саамской коллекцией, собранной знаменитым археологом Артуром Эвансом, прославившимся раскопками на Крите. Эванс посетил северную Финляндию в 1873 году.
Силья Сомби выражает более радикальную позицию по поводу возвращения предметов саамской культуры. «Сейчас всё начинается, — говорит она. — Сначала мы возьмем Берлин, затем возьмем Лондон».
