5 декабря член-корреспондент РАН Андрей Львович Топорков в Институте мировой литературы РАН прочел на тему «Изучение фольклора в ИМЛИ РАН». В этой лекции, главными адресатами которой были аспиранты института, А. Л. Топорков не только дал обзор работ по фольклору и мифологии народов мира, сделанных учеными ИМЛИ и продолжающихся по сей день, основных изданий и научных проектов, но и более подробно рассказал о некоторых исследованиях конкретных проблем. Одной из них было взаимодействие устной и книжной традиции, рассмотренное им на материале заговоров от лихорадки.
В традиционной славянской культуре лихорадки персонифицировались в образе женских демонических существ. Обычно считали, что существует много лихорадок: 7, 9, 12, 40, 77 или 99. Лихорадок считали сестрами. Их имена часто отражают действие, которое болезнь оказывает на человека. Тресея вызывает дрожь, Огнея бросает больного в жар, а Ледея – в холод, Ломея ломает, Желтея вызывает желтый цвет кожи и так далее. Порою лихорадок называли также трясовицами или Иродовыми дочерями – традиция называла их отцом царя Ирода, а причиной их превращения в демонов – наказание за оскорбление Иоанна Крестителя или за его гибель. Терские казаки, например, рассказывали, что 77 дочерей Ирода, встретив Иоанна, стали над ним насмехаться, а он за это их проклял и вселил болезнь, которая трясет, корчит, ломает, знобит и сушит.
Народная медицина имело в своем арсенале немало магических методов избавления от лихорадки, но основным средством выступали заговоры. А одним из самых верных заговоров считалось перечисление имен всех лихорадок. Списки этих имен хранили в домах и носили на груди в мешочке. Было и немало апокрифических молитв, выступавших в качестве заговоров против лихорадок. Тексты заговоров сочетают в себе фольклорное и книжное (из апокрифической литературы) происхождение и этим особенно интересны для исследователей.
Интересно, что самыми древними дошедшими до нас текстами восточнославянских заговоров были именно заговоры против лихорадки. Они найдены в новгородских берестяных грамотах. В грамоте 734, датируемой рубежом XII и XIII веков, написано: «сихаїлъ сихаїлъ сихаїлъ аньгѣлъ аньгѣлъ аньгѣлъ гидьнь гѣ има аньгѣла» (архангел Сихаил – как мы увидим ниже, частый герой таких заговоров). Троекратное повторение – распространенный прием в заговорах. Текст берестяной грамоты 715 (XIII век) в переводе на современный русский язык звучит так: «Тридевять ангелов, тридевять архангелов, избавьте раба Божия Михея от трясовицы молитвами святой Богородицы». В дальнейшем заговоры часто встречаются в рукописных, а затем и в печатных сборниках молитв, различных лечебниках, травниках и прочих книгах. Тексты заговоров легко переходили из устной традиции в книжную и наоборот.
Апокрифические тексты и заговоры официально осуждались церковью, но всё равно имели очень широкое распространение. В одном из рукописных памятников говорилось: «Канунов много лживых и молитвы составлены лживые от трясавиц, Еремея попа болгарского басни, глаголет бо окаянный: седяще святому отцу Сисинию на горе Синайстей, виде седмь ангел, исходящих из моря, и ангела Сихаила именуема, и иная изыдоша седмь ангел, седмь свещь держаща, седмь ножев остряща. Все то еретицы списали. Суть между божественными писаньми лживыя писания несеяны от еретик льстивии сборники сельские, худые номоканунцы по молитвенникам у неразсудных попов, лживыя молитвы о трясавицах, и нежитех, и о недузех». Неизвестно, был ли болгарский поп Еремей, которому приписывается авторство текста, историческим лицом, но святой Сисиний один сорока из мучеников севастийских, стал восприниматься восточными славянами как избавитель от лихорадки.
Сам святой Сисиний – весьма интересный персонаж. Его культ распространился из Греции по самым разным уголкам средневекового христианского мира. Его изображения и молитвы ему известны и у сирийцев на Ближнем Востоке, и у коптов в Северной Африке, и у болгар и румын на Балканах. Ближневосточный образ святого Сисиния – это воин, который побеждает женского демона. На Руси же Сисиний предстает в облике благочестивого старца, по молитве которого архангел Михаил (или Сихаил) побеждает лихорадок. Обычно в заговорах рассказывалось, что Сисиний, сидя на горе Синайской творит молитву, Иисус посылает своего архангела, который, встречая лихорадок, спрашивает, как их зовут. Лихорадки перечисляют свои имена и рассказывают, как каждая из них мучит человека. Архангел бьет лихорадок, а те клянутся, что не подступятся к дому, где будет упоминаться имя архангела.
Тексты этих апокрифических молитв-заговоров влияли и на иконописные сюжеты. Им и посвятил свое исследование А. Л. Топоров. Он описал 16 икон, изображающих, как архангел Михаил (Сихаил, Рафаил) побивает 7 или 12 лихорадок. Написаны были эти иконы от XVII до XIX века. На них был изображен святой Сисиний, возносящий молитву к нарисованному в верхней части иконы Иисусу Христу. Иногда рядом есть другие святые. С другой стороны иконы находился архангел, поражающий копьем или трезубцем лихорадок (реже архангел бьет их розгами). Сами лихорадки, нарисованные в нижней части, имели вид обнаженных дев, часто с разными демоническими атрибутами: кожистыми крыльями, остроконечными головами и так далее. Фигуры дев-лихорадок чаще всего значительно меньше размером, чем Сисиний и архангел. Размещаются лихорадки обычно в пещере или водоеме. Ярким их признаком служит разноцветность: одна дева красная, другая – желтая, третья – зеленая и так далее.
Кроме икон этот сюжет обнаруживался и в иллюстрированных рукописях. В одной из них дева-лихорадка в ярко-красном платье держит на руках маленького человечка, объятого пламенем. Ее поза напоминает мать, держащую младенца, однако у человечка есть борода, а согнутые в локтях руки он поднимает в ужасе. Видимо, это образ человека, охваченного болезнь. Иллюстратор снабдил эту часть рисунка подписью: «Яко пещь распаляет дровами, тако я распаляю у человека все члены и кости».
Такие иконы встречались в Владимирской, Тверской, Московской и Орловской губерниях. Основным центром их изготовления была Владимирская область. Первоисточником их, скорее всего, был другой сюжет «Явление архангела Сихаила святому Сисинию». Он встречался в Новгороде в XIV веке. Присутствует он, например, на знаменитом складне мастера Лукиана (1413 год), хранящемся в Оружейной палате. Но в этом сюжете отсутствовали девы-лихорадки. Появление икон со сценой побиения архангелом лихорадок – единственный известный пример влияния заговоров на иконопись.
Более подробно об этом можно узнать, обратившись к работам А. Л. Топоркова «Визуальная репрезентация заговоров от лихорадки на русских иконах» (в сборнике «Заговорные тексты в структурном и сравнительном освещении», 2011) и «Иконографический сюжет "Архангел Михаил побивает трясовиц": генезис, история и социальное функционирование» (в первом выпуске сборника «In Umbra: Демонология как семиотическая система», 2012).
