В России продолжается распространение коронавируса. Федеральные власти отдали борьбу с инфекцией на откуп регионам и уверяют, что ситуация под контролем. Но за последние два месяца не было и недели, а то и дня, чтобы в каком-то из городов не разгорелся скандал. Проблемы решаются только после того, как на них обратит внимание федеральный центр.
Тринадцать пациентов «ковидного» госпиталя при горбольнице № 20 в Ростове скончались из-за перебоев в снабжении медицинским кислородом, сообщило 21 октября издание 161.ru. По данным его источника, 12 октября кислорода не было целых два часа. Как выяснило издание, сотрудники больницы постоянно вынуждены экономить кислород, чтобы распределить его между больными.
Официальные власти упорно отрицали дефицит газа, но смерть пациентов было сложно не признать. Глава Минздрава РФ Михаил Мурашко распорядился начать проверку.
«Это очень тревожная информация, мы видели ее. Мы не знаем, насколько это соответствует действительности <...>, но не сомневаемся, что региональные власти срочно выяснят <...> и произведут необходимые разбирательства», — заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.
Через неделю с должностей ушли глава Минздрава области Татьяна Быковская (по официальной версии — на пенсию) и начальница ростовского горздрава. СК возбудил уголовное дело о причинении смерти по неосторожности пятерым пациентам больницы. По неофициальным данным, обыски прошли в мэрии, управлении горздрава, областном Минздраве и дома у экс-главы горздрава Левицкой.
Проблемы со снабжением больниц кислородом есть в каждом четвертом российском регионе, признал Минпромторг. Врач, который рассказал о проблеме СМИ, 10 ноября уволился из больницы со словами «все всё понимают».
Еще один повод для тревоги Кремлю дали в Омске. 27 октября несколько экипажей «скорой помощи» 10 часов не могли пристроить ни в одну из городских больниц пожилых пациентов с COVID-19 и тяжелым поражением легких. Отчаявшись, медики направили машины к зданию местного Минздрава, чтобы там найти ответ, куда везти больных. Одна из врачей сообщила, что на ее подстанции почти каждую смену бывает некуда везти пациентов, писало издание NGS55.ru. В тот вечер к Минздраву приехали две кареты «скорой» с больными, еще одна привезла для них кислород.
В Кремле ситуацию назвали «непозволительной», но снова заявили, что это проблема регионального уровня и решать ее должны региональные власти. Губернатор уволил главу Минздрава области и рассказал о «системном сбое в системе здравоохранения» региона. Исправлять ситуацию поручили автору сомнительного диагноза, который поставили в Омске Алексею Навальному, главврачу БСМП № 1 Александру Мураховскому.
8 ноября врачи скорой помощи Хакасии выложили на YouTube обращение к президенту и главе Минобороны с жалобой на нехватку лекарств и мест в больницах. Человек в защитном костюме с закрытым маской лицом рассказал, что пациентов с COVID-19 отправляют лечиться домой, а имеющиеся места забиваются за день, «скорым» приходится стоять в очередях до 10 часов, а аптеки подняли цены в пять-шесть раз.
Минздрав направил в Республику группу специалистов, но не успела она доехать, как разразился новый скандал, который не закончился до сих пор. У фельдшера скорой помощи в Абакане случился нервный срыв после того, как у нее в больнице не приняли пожилую пациентку.
«Я ее домой умирать не повезу — 90 лет человеку. Человек войну пережил, вы что творите? Почему я, врач скорой помощи, должна плакать, вас умолять — возьмите пациента?» — кричит медик на коллег на видеозаписи, которая попала в соцсети.
В итоге пожилой женщине пообещали госпитализацию, а у фельдшера начались проблемы. Ей пригрозили увольнением. Глава Минздрава Хакасии Виктор Шевченко, по данным СМИ, публично оскорбил медиков, раскрывших состояние дел в местном здравоохранении, назвав их предателями. В Абакане начались пикеты в поддержку врачей, местные жители требуют отставки губернатора.
Власти Республики выделили еще 200 мест для больных с COVID-19, при том что заболеваемость в последнее время составляет около 150 человек в сутки. Минобороны пообещало отправить в Хакасию военных врачей и мобильный госпиталь. Конечно, такое решение принял лично Путин. Кстати, это второй случай за всю пандемию, когда на помощь обычным медикам пришли военные.
Врачи из четырех больниц Кургана подписали 26 октября обращение к президенту. Они пожаловались на «полный коллапс» системы здравоохранения и попросили выслать на подмогу военных медиков, «пока народ не стал умирать у нас прямо на улицах». Врачи заявили, что эпидемия вышла из-под контроля. По их словам, больным приходится ждать «скорую» сутками.
В администрации губернатора региона не стали комментировать ситуацию. Местный оперштаб заявил, что «ситуация сложная, вместе с этим правительство Курганской области и департамент здравоохранения принимают меры для повышения эффективности работы существующих учреждений». Там признали, что «скорая помощь» обслуживает до 700 вызовов в сутки, а на лечение больных с коронавирусной инфекцией перебросили врачей узких специальностей.
Спустя два дня в регион направили военных медиков, в том числе инфекционистов, анестезиологов-реаниматологов и врача лабораторной и ПЦР-диагностики.
Странный эпизод произошел в Вологде в начале ноября. Один из посетителей «ковидного» моногоспиталя сфотографировал пациентов, лежащих в коридорах на матрасах, расстеленных на полу. В Минздраве региона произошедшему дали максимально экзотическое объяснение: больные сами улеглись на полу «в знак протеста», а СМИ якобы «растиражировали» фото вместе с утверждением, что в больнице не хватает мест. С чем было связано недовольство пациентов, чиновники не уточнили, сообщив лишь, что палата, от которой отказались больные, — это бывший процедурный кабинет в «отличном состоянии после ремонта».
«Пациентам, которые высказывали недовольство, были предоставлены палаты», — заверили в департаменте здравоохранения. Однако на следующее утро редакция местного издания «Город Во» получила новые фотографии, свидетельствующие, что в коридорах всё еще лежат пациенты.
После этого главврач монобольницы Павел Шепринский высказал другую версию. По его словам, администрация клиники иногда принимает решение разместить пациента не в палате, а в коридоре — поближе к посту дежурной медсестры. Объяснение врача разместил официальный аккаунт правительства Вологодской области в соцсети «ВКонтакте».
На тот момент только два госпиталя в Вологде имели статус «ковидных». Сейчас их уже пять.
Не всё гладко во втором по значимости городе страны. Несмотря на то, что в Петербурге нет дефицита средств индивидуальной защиты, лекарств и медицинского кислорода, количество «ковидных» коек стремительно сокращается: 3 ноября свободными оставались 20 %, пятого — 9 %, а к 11 ноября их осталось только 7 %. И поскольку губернатор так и не смог определиться, «критическая» ситуация в городе или всё же «не критичная, но сложная», прояснять ситуацию в Петербург приехал «десант» из федерального Минздрава. Первому замминистра здравоохранения Российской Федерации Игорю Каграманяну и помощнику министра Оксане Гусевой поставили задачу «оказать организационно-методическую поддержку» властям города.
Через два дня после приезда комиссии девять работников городской станции «скорой помощи» подали иск к городским властям. Они утверждают, что трижды (17, 21 июля и 28 августа) получали отказ в городском Комитете по социальной политике на просьбу о предоставлении выплат медработникам, заболевшим COVID-19 на работе. Чиновники считают, что заражение врачей не связано с их помощью больным горожанам. Сотрудники «скорой помощи» просят суд обязать власти выплатить надбавку.
С декабря 2020 года сотрудники «скорой помощи» и поликлиник в России могут потерять до половины федеральных доплат за работу с больными COVID-19. Это связано с новым порядком выплат, который в правительстве утвердили 30 октября. Если раньше дополнительные деньги платили просто за факт работы с больными COVID-19, а также с пациентами из групп риска, то теперь при начислении выплат будут учитывать количество часов, проведенных с зараженными. Власти регионов с тревогой ждут первого зимнего месяца, выяснил Znak.com. Уменьшение выплат может привести к оттоку врачей из «скорой».
