Президент после встречи с правозащитниками решил рассмотреть вопрос о расширении полномочий суда присяжных. Во всяком случае глава государства предложил к концу марта Верховному суду совместно с правительством, Администрацией президента, Генпрокуратурой о Советом по правам человека «подготовить предложения о расширении применения института присяжных заседателей».
До последнего времени государство относилось с недоверием к участию граждан в правосудии. О том, что России необходим суд присяжных, речь зашла во время перестройки. На законодательном уровне этот институт был утвержден в 1993 году, также он дважды упоминается в Конституции — сказано, что обвиняемому в преступлении, за которое предусмотрена смертная казнь, предоставляется право на рассмотрение его дела судом присяжных, а также указано, что круг преступлений, которые подсудны присяжным, определяется федеральным законом.
Суд присяжных с 1 ноября 1993 года был образован в Московской, Ивановской, Рязанской и Саратовской областях, а с 1 января 1994 года в Алтайском и Краснодарском краях, Ростовской и Ульяновской областях. Постепенно все российские региональные суды обзавелись коллегиями присяжных, последней оказалась Чечня — там суд присяжных появился только в 2010 году.
Логика российской судебной системы предполагает, что присяжным подсудны только те дела, которые в первой инстанции рассматривают региональные суды (областные, республиканские и т. д.), так как только на этом уровне создаются коллегии присяжных. Соответственно круг рассматриваемых ими дел состоит из достаточно серьезных и тяжких преступлений.
Государство, недовольное слабой предсказуемостью поведения присяжных, начало сокращать их компетенции в 2008 году. Вначале на уровень районных судов были переведены дела о терактах, насильственном захвате власти, массовых беспорядках и шпионаже, соответственно обвиняемые с того момента потеряли право ходатайствовать о рассмотрении их дел присяжными.
В 2010 году Путин сказал, что «суды присяжных работают неэффективно, в некоторых регионах они принимают решения по клановому этническому признаку» имея в виду, очевидно, в первую очередь северокавказские республики. В результате уже в 2012 году вступил в силу закон, который лишил суды присяжных возможности рассматривать дела по некоторым другим тяжким преступлениям: изнасилование, взяточничество, похищение, захват заложников, бандитизм (исключение — если обвиняемые могут получить более 20 лет колонии).
Теперь, обсуждая с членами Совета по правам человека вопрос расширения полномочий суда присяжных, Путин сослался на высокую стоимость этого института как на причину ограниченности его применения.
Тамара Морщакова, бывшая судья Конституционного суда, глава комиссии СПЧ по гражданскому участию в правовой реформе, рассказала «Коммерсанту», что Совет по правам человека неоднократно обращался в администрацию президента с предложениями не сужать компетенцию суда присяжных. Конституционный суд, в свою очередь, указывал, что «законодатель может определять компетенцию судов, но не может игнорировать конституционную норму, что суды присяжных в РФ должны существовать».
Проблемы с присяжными возникают далеко не только из-за финансирования. Даже если обвиняемые по конкретному делу хотя, чтобы их судили присяжные, коллегию редко когда удается сформировать с первого раза.
Российский закон предполагает, что присяжными граждане становятся по жребию. Раз в четыре года руководство регионов, основываясь на списке избирателей, составляет основной и запасной список кандидатов в присяжные. Эти списки, насчитывающие тысячи имен, публикуются в официальной прессе, также каждому «счастливчику» посылается письмо.
В теории гражданин может до публикации списка кандидатов в присяжные успеть отказаться от этого почетного звания — но так поступают редко по двум причинам. Во-первых, достаточно малый процент кандидатов в итоге становится настоящим присяжным, поэтому люди не склонны заморачивать себе голову еще и этой проблемой заранее. Во-вторых, всегда можно оказаться от назначения в коллегию непосредственно в суде.
Вообще-то закон предполагает, что быть присяжным — это обязанность гражданина, а не право. Но увильнуть от этой обязанности намного проще, чем «откосить» от призыва на воинскую службу: человеку достаточно сообщить, что он читал в прессе о происходящем и у него сложилось предвзятое отношение к обвиняемому, а потому он не может участвовать в процессе. Это достаточное основание для того, чтобы судья не включил человека в состав жюри присяжных. Вдобавок ко всему, никакого наказания за неявку на суд не предусмотрено в принципе.
Нежелание россиян становиться присяжными понятно. Членов жюри иногда запугивают, иногда — пытаются подкупить, бывают случаи, когда защита или, напротив, обвинение ставят перед собой цель распустить коллегию: для этого судебный процесс всеми силами затягивается. Достаточно того, чтобы пять присяжных перестали ходить на заседания, чтобы иссяк резерв и судья принял решение о созыве новой коллегии.
Впрочем, как показывает практика, государство может справиться со всеми сложностями, возникающие при участии граждан в судебном процессе. Достаточно позитивный опыт есть даже у России, которая после реформы Александра II выстроила в рекордные сроки чуть ли не образцово-показательную судебную систему, в которой важную роль играли процессы с участием присяжных.
