В конце прошлой недели Государственная дума приняла ряд поправок в избирательное законодательство, легко вписывающихся в контекст всей работы власти по обеспечению предсказуемости предстоящих в этом году думских выборов. Предметом административной игры, естественно, становится не только партийно-списочная часть, но и выборы по одномандатным округам. Именно изменению принципов их нарезки посвящен принятый в первом чтении закон «О внесении дополнений и изменений в пункт 4 статьи 18 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ"».
Формальная сторона вопроса в следующем. Как известно, один из принципов формирования одномандатных избирательных округов – примерное равенство числа избирателей. Однако просто взять и поделить Россию на одинаковые округа не получается в силу объективных географическо-административных причин. До последнего времени действовала общая норма: допустимое отклонение численности избирателей в округе от среднего не должно было превышать 10%. В труднодоступных местностях – например, на Крайнем Севере или в горах – это отклонение могло составлять 15%. А для того, чтобы соблюсти избирательные права коренных малочисленных народов, в местах их компактного проживания допускалось отклонение в 30%.
Однако эти цифры законодателям показались явно недостаточными. Мотивируя внесение законопроекта интересами избирателей, Александр Аксаков («Нардеп»), Михаил Бугера, Константин Косачев (ОВР) и примкнувший к ним лидер фракции «Единство» Владимир Пехтин предложили увеличить норму допустимых различий численности избирателей в округах в два раза, то есть до 20% вообще и до 30% – для труднодоступных мест. Коренные малочисленные народы, по мысли центристов, должны удовольствоваться лишь относительно небольшой прибавкой – с 30% до 40%. Возможно, законодательная мысль, чтобы не вылиться в чистый абсурд, остановилась на пороге
Конечно, забота о благе избирателя – дело хорошее. Однако давно известно, что если законодатели перед выборами меняют правила игры, то это кому-то нужно. Впрочем, в нашем случае вопрос о том, кому именно это нужно, можно не задавать. Если, например, ОВР еще способна на какие-то относительно самостоятельные политические телодвижения, то инициатива, исходящая от представителей сразу нескольких центристских фракций, не может не иметь источника наверху. Но зачем понадобилось это делать? Неужели президент или его администрация решили прислушаться к жалобам регионов, считавших себя «обделенными»? Но в таком случае логично было бы принять решения по конкретным округам – чтобы не менять глобальных правил игры в непосредственной близости от выборов. Но, похоже, цель как раз и состоит в том, чтобы их поменять – и именно сейчас.
В ближайшее время в Госдуме начнется увлекательный процесс перенарезки избирательных округов. А вокруг этого процесса неизбежно образуется змеиное гнездо – так можно и себе получше округ склеить, и вероятных конкурентов из игры вывести. Депутат, реально работающий в округе, «обрастает» связями – экономическими, политическими, в идеальном случае – некоторой известностью среди простых избирателей. И вот, когда у него отнимают часть родного округа, или подсовывают «чужой» кусок, все это идет псу под хвост.
Проталкивая, а потом принимая закон об этих 20, 30 и 40%, депутаты фактически увеличили размах закулисной игры по поводу новых границ округов. Выгодно это в первую очередь тем, кто владеет максимальным административным ресурсом и сможет продавить себе нарезку получше. У кого длинные ноги, тот выбирает прыжки в длину. Но что-то перепадет, вероятно, и просто удачливым «прыгунам».
Согласно законодательству, заниматься перенарезкой округов депутаты должны в тесном сотрудничестве с Центризбиркомом. Пока в предложениях, подготовленных ЦИК, речь идет о ликвидации двух округов – одного в Иркутской области (там их сейчас три) и одного в Мурманской (там их пока два). Объяснение – уменьшение числа избирателей, отток населения. Отобранные у сибиряков и северян округа достанутся двум южным субъектам РФ – Краснодарскому краю и Дагестану. Объяснение – рост числа избирателей. Ходят слухи, что предложение добавить округ Дагестану лоббирует непосредственно координатор фракции КПРФ Сергей Решульский – с прозрачным прицелом избраться именно в нем.
Однако всем ясно, что это только начало. Председатель комитета по законодательству Валерий Гребенников, например, очень хочет помочь саратовскому губернатору Дмитрию Аяцкову изменить конфигурацию двух тамошних округов. Интересно, что безусловными фаворитами в них считаются нынешние депутаты Госдумы Валерий Рашкин и Сергей Афанасьев – коммунисты, которым в результате «передела» может повезти гораздо меньше Решульского.
Впрочем, подкузьмить депутату можно и без всякой перенарезки. Николаю Гончару, избранному от Центрального округа Москвы, устроили, например, такой подарочек: голоса 100 тысяч российских граждан, постоянно проживающих в Израиле, ранее учитывавшиеся именно в этом округе, теперь распыляются по Тульской области – сразу по трем округам (Новомосковскому, Тульскому и Щекинскому). Недаром именно Гончар, три года потративший на работу с израильско-российским электоратом, больше всех рвал и метал на заседании Госдумы. По его словам, изменение округов – самый эффективный способ «нагнуть» депутата и указать ему на место: мол, что ты ни делай у себя в округе, как ни старайся, все равно мы тебя «построим».
Борьба между сторонниками различных вариантов нарезки (с перекройкой или без) обещает быть жаркой – слишком уж много заинтересованных лиц – от самих депутатов до губернаторов. Не исключено, что Госдума просто не успеет разобраться с этим вопросом в положенный срок. Впрочем, этот случай кремлевским инициаторам перекройки не помеха: согласно действующему законодательству, в случае если депутаты не успевают этот процесс завершить, необходимые полномочия переходят непосредственно в ведомство Александра Вешнякова. А уж с ЦИКом у Кремля язык всегда общий.
