Если бы я привирал, получалось бы разнообразнее. А так –опять Ржев. На сей раз я тут по поводу покупки холодильника. Таксист подвозитменя к симпатичному магазину. Выбор сопоставим с московским. В две минутынаходим модель с нужными мне параметрами. Холодильник проверяют и одобряют.Доставка – вам удобно сейчас? – едет. На волне эйфории покупаю тачку (не всмысле очередной BMW, абуквально – одноколесную). Холодильник бережно грузят в грузовичок. В последниймомент грузчик выносит из недр магазина и швыряет в кузов нечто отдаленнопохожее на разобранную тачку.
- Соберешь?
- Наверное…
Доезжаем без приключений в приятной беседе. Холодильниквстает на уготовленное ему место и в свое время начинает, довольно урча,работать – то есть производить отдельно холод и отдельно мороз (чтоб несглазить!). Идиллия нарушается тем, что тачку из предложенных деталей собратьневозможно – как минимум, колесо не на что надеть. Да и болтов не хватает.
Публицист на моем месте обобщил бы так: холодильник собран вкапиталистической стране (кстати, в России) – и продан хоть в России, апо-капиталистически. А тачка скроена в СССР, собрана в СССР (то есть, несобрана) – и продана по-советски. Так, бывает, физически в одном самолете летятпассажиры с билетами разных компаний.
Возвращаюсь в Москву – в телевизоре различные златоустыностальгируют по СССР. Многое мешает мне к ним присоединиться.
Тема обширная, поэтому надо как-то ее ограничить.Постараемся говорить всерьез, поэтому исключим сталинский период. Мясорубка,истребившая миллионы соотечественников, настолько чудовищна, что иполемизировать тут не с чем. Давайте ограничимся позднейшим брежневскимсоциализмом, в ахматовских координатах – вегетарианскимпериодом, когда сидели не кто ни попадя, а только самые честные ипоследовательные люди. Например, мой школьный учитель. И далее, используяпреимущество опыта, я буду говорить исключительно о том, что видел сам, неопираясь ни на мифы, ни на слухи.
Еще лет 5-10 назад апологеты СССР, как правило, рассуждаличерез одно важное «но». Конечно, мол, нищая и экономически нецелесообразнаястрана – зато… Ели хлеб с картошкой, зато верили. Зато радостные, честные,романтические, с широко открытыми лицами и т.д. Сейчас еще полпоколениясвидетелей вымерло – и вот уже ностальгия перекинулась и на советскуюэкономику. Были, мол, сыты, наличествовала уверенность в завтрашнем дне,работало отечественное производство. ОК. С этого и начнем.
Мы жили в Москве. Мой однокурсник – на Юго-Западной, надуниверсамом. Утром спускался в магазин, покупал, что было, и ел. Япоинтересовался, что же было всегда (это насчет уверенности в завтрашнем дне).Ответ был короткий: уксус.
Кроме шуток: не было ничего. Приходилось доставать, получать в заказах: рис, гречку,горошек, сахар, чай. Кто жил – те помнят; пишу для тех, кто не жил, аностальгирует за компанию.
Я стоял в очереди за мясом по 4 часа. За хлебом (правда, вдеревне) – по 3. За билетами (да, дешевыми) на поезд с юга в Москву моитоварищи стояли по часу каждое утро отдыха, с 8 до 9. Сдать бутылки я стоялоднажды 5 часов. В той очереди меня поразили две детали. Во-первых, внешне онабыла больше похожа на толпу – каждый намертво помнил, за кем он, то есть толпаразворачивалась в очередь внутри мозгов. Во-вторых, эта очередь просто незаметила перерыва на обед – простояла лишний час, не шелохнувшись. Длялюбителей ностальгии сейчас остались рудиментарные очереди в ОВИРах, паспортныхстолах, БТИ. Пойдите, постойте, только не забудьте мысленно помножить на 2 илина 3.
В провинции я видел магазин, в котором не было ничего. Нитоваров, ни кассиров, ни продавцов. Просто пустые прилавки. Я видел женщину изгорода, где были (пардон, бывали) только пельмени. Она хвасталась, что изсоседнего города, где нет пельменей, к ним ездят за пельменями. Моя двоюроднаятетка из Свердловска каждый раз, когда мы встречались, меняла цвет волос –например, с фиолетового на зеленоватый. Секрет прост – она закрашивала сединутой краской, которую завозили в город.
В очередь на холодильник длиной в несколько лет записываливетеранов войны. Плохой цветной телевизор стоил среднесоветскую полугодовуюзарплату. Насчет отечественного производства – куда бы оно делось в условияхзамкнутой экономики и, как следствие, неконкурентного сбыта. Жрали, что дают,носили, что дают, спасибо партии за это.
Помните «Кавказскую пленницу»: «Холодильник Розенлеф, финский, хороший». Характерная загадка того времени: большое, жужжит, в жопупопасть не может. И ответ: отечественное устройство для попадания в жопу. Язастал советский персональный компьютер «Агат». Я думаю, и сейчас какое-нибудьотрезанное от мира племя в дельте Амазонки вполне обходится отечественнымибусами и иглами из рыбьих костей. Только во внешнем мире иглы получше (бусы –дело вкуса), и есть еще много чего, помимо игл и бус.
Это карикатурное производство не умерло в новой России, ажило в СССР, так и не родившись по-настоящему, как выкидыш в барокамере. Безметафор – представьте себе фабрику, производящую омерзительные, уродливыеигрушки. Может, кто-то их и купит от отчаяния (других нет), а может, так иосядут на стеллажах и на складах. Не вопрос – зарплата работников не зависит отсбыта. Но как только включаются механизмы рынка, это убожество рассыпается, каквампир на свету.
Я сам видел, как воровали с ЗИЛа. Как целые флотилии плотовиз покрышек плыли через Москва-реку, а на них печальные гребцы вывозилиостальное. В колхозе у новых ведер специально дырявили дно, чтобы крестьяне ихне воровали. Те ворчали, но воровали. Неужели кто-то этого не помнит, или хотябы не слыхал от родителей? Неужели кто-то этому умиляется? Или, может быть,изящно противопоставляет: тогда, мол, воровали ведрами, а сейчас – недрами имиллиардами. Извините. Тогда партийная элита «не воровала», потому что поумолчанию все и так было ее.
Я изнутри видел, как устроена советская стройка сповременной оплатой. Не надо нам петь про голожопый энтузиазм. Тунеядство,алкоголизм и очень низкий профессиональный уровень – вот три кита, на которыхпокоилось советское строительство. Плюс разнокалиберное воровство и редкийцинизм. Походите по своему городу, тупо посчитайте дома, построенные междухрущобами и новоделом. А это ведь за 30 лет. О качестве я уж не говорю.
Был у нас паренек, который не знал, какой стороной вставлятьперфокарту в ЭВМ. Не беда – ушел в райком ВЛКСМ, сделал там карьеру и вернулсяв родной НИИ замначальником отделения. Какой стороной вставлять карту, так и неузнал, зато начал руководить. По чему ностальгируем в данном случае? По такомуначальнику или по такой возможности выбиться в начальники?
У нас в НИИ был экономический отдел. Он по идее должен былрассчитывать экономический эффект от тех или иных внедрений, инноваций,модернизаций и тому подобного. Вместо этого экономический отдел предлагалрассчитывать этот эффект самим (естественно, по максимуму), а экономисты лишьподписывали документы. Их подпись стоила 20% премии от внедрения. Так целыйотдел, ничего не делая, имел свою зарплату, свою премию плюс 20% премии всегоинститута. А ведь это мы уже от экономики потихоньку переходим к морали. И то –про советскую экономику даже я могу написать книгу; колонкой тут не обойтись.
Народ верил. Ага. Вот только у моей тещи отняли маленькихдетей за одно то, что она верила в Бога, да еще пригрозили психушкой. Воттолько верили (не знаю, впрочем, кто – но уж если) в юного иуду ПавликаМорозова, в террористов Желябова, Перовскую, Кибальчича и т.п., втеррориста-неудачника Степу Халтурина. В изверга Ленина. Сейчас с великолепнымневниманием говорят, что моральныйкодекс строителя коммунизма составлен из общечеловеческих ценностей и малоотличается от христианской, скажем, морали. Этакая вариация на тему Нагорнойпроповеди. Извините. Он куда больше похож по своей риторике на фашистские характеристикииз «Семнадцати мгновений весны».
Наше лучшее в мире образование примерно на треть состояло изистории КПСС, диалектического материализма, исторического материализма,политэкономии и научного коммунизма. То есть вместо философии была марксистскаяжвачка. Чисто специальное, математическое, например, образование? В Москве, спринципиальной возможностью доступа к спецхранам Ленинки, частично каксамообразование – ну, да, кто запретит? Но в принципе
Если же понизить пафос и поговорить о среднем студентесреднего вуза, - он не знал ничего.
Кому сейчас не хватает свободы слова, и кто в этом планетоскует по СССР (маразм безграничен, может быть, есть и такие). Выносим заскобки сталинизм. В брежневскую пору можно было получить срок за то, что тыпросто пишешь что-то у себя дома в дневник. Мой школьный учитель ВалерийСендеров получил 8 лет и отсидел 5 за то, что собирал статистику по зависимостипоступления на мехмат МГУ от национальности абитуриента, – заметьте, не заклевету, а за сбор информации. Моего товарища притащили в КГБ уже при Горбачеве(но еще в СССР) – и предъявили найденные у него стихи Гумилева. Товарищ сказал,что они уже вышли в «Знамени». Чекисты извинились и сказали, что не поспеваютза эпохой.
Если вкратце, это было время унылого вранья, аутсайдерства,разочарования и полной беспросветности, которую можно было, постаравшись,выдать за уверенность в завтрашнем дне. Разумеется, я говорю об общемзнаменателе, о состоянии общества – ну, как о климате. Частная жизньмногообразна и не так зависит от общественной. Ностальгировать по молодостивполне нормально. Но хорошо бы отделить действие от декораций.
Пару слов про международный аспект. Сейчас многобезответственных политиков второго и третьего ряда рьяно рассуждают втелевизоре, как бы нам восстановить СССР. Как-то он, мол, рухнул нелигитимно,да и хорошо было всем миром, да мы еще и спонсировали этих нерусских – чего быим жаловаться, а кто против, так это элиты, а народы-то всегда за… Слушаю этотбред – и все жду, когда какой-нибудь мечтатель в поисках одобрения электоратазамахнется шире. А что бы нам не вернуть соцлагерь? Чехословакию, например?
Нет, вероятно, и в самых студенистых мозгах есть все-такигрань между реализмом и фантастикой, хоть и отодвинутая сверх меры. Как-тоуложилось туда, что - ну не любят нас чехи, потому что мы разок неловко ввелитуда танки. Ну, понятно. И венгры, и поляки… Но вот почему аналогичные вещинепонятны про эстонцев, например – с тем уточнением, что туда ввели танки неэпизодически, а так, примерно на полвека? Или уже с каким-то напряжениемвсе-таки понятно про грузин и прибалтов, но вот насчет Средней Азии и Украиныостаются какие-то иллюзии?
Я за последние годы много раз бывал на Украине, разговаривали с украинцами, и с русскими, и даже с евреями. Широкий спектр отношений кЮщенко и Тимошенко, поуже – к Януковичу. Вполне благожелательны к нам – гостям городов и страны. Вежливоравнодушны к России и Путину. Но нигде, ни в ком, ни в одном одессите, например,хающем киевское начальство и мероприятия по украинизации, – ни малейшей тоскипо Советскому Союзу. Точнее – ни малейшей тяги к его восстановлению.
Вряд ли в английском парламенте кто-то вздыхает по Индии – иуж, тем более, по США, Канаде или Австралии. В частности, потому что никто вИндии не вздыхает по британской зависимости. Это имперское «геополитическое»пустомелие – как бы нам восстановить СССР, – по-моему, может быть простооскорбительно для жителя Казахстана, Украины или Армении.
А если да, меня бы это напрягало.
По сути, частная тоска по большой стране формулируетсяпросто – покупаешь билет и едешь в Ригу. А там говорят по-русски. Класс! А моябабушка вспоминала еще допотопные времена – покупаешь билет и едешь в Варшавуили в Париж. По-моему, если умерить имперский пыл, то как раз здесь хорошиеперспективы. Не ссориться ни с кем, упразднить визы – и ездить везде. И в Ригу,в частности. Как в Париж, а не как к себе. А по-русски теперь говорят там и те,где и кто хотят твоих денег. Так что с целью разнообразить общение учитеанглийский.
Далеко не все располагающееся на территории СССР былосоветским. Например, закаты и восходы, храмы с крестами и куполами, дружба,любовь. Далеко не вся литература, написанная в СССР, была советскойлитературой. Да и советская попадалась неплохая: Багрицкий, Фатьянов,Исаковский.
Более того. Были замечательные советские люди – как некийсквозной тип, и он тоже менялся с годами. Герои Рыбникова или Баталова –конечно, я встречал их в жизни. Подумав, я для себя формулирую так: разныекультуры и эпохи по-своему ограняют хорошего человека. Есть и ветхозаветные, иантичные, и средневековые типы хороших людей. Дворяне, разночинцы,интеллигенты, советские люди. Почему бы и нет.
Внутренний двор какой-то автобазы просматривается с железнойдороги. В нем примерно десяток автомашин и один катер. Выглядит бесподобно.
