«…машины пропадают, станки ржавеют, готовые отливки лежат брошены, я – в партии, я не могу смотреть. Господин инструктор, почему вы с нами не работаете?» Я не знал, что ему ответить. Люди, держащиеся за станки, всегда правы. Эти люди прорастут, как семена. Рассказывают, что в Саратовской губернии взошел хлеб от прошлогоднего посева. Так вырастет и новая русская культура.
Виктор Шкловский «Еще ничего не кончилось»
Если всерьез говорить об итогах политического сезона, то придется заметить, что в целом продолжается мародерство, бюджетный и околобюджетный «дерибан», в который по насыщаемой деньгами "вертикали" так или иначе втянуто большинство населения. Ровно как в воспоминаниях Виктора Шкловского о гниении и разложении в ту еще революцию:
«Воевал он еще много. Рассказывал он потом, уже в Николаеве, как брал станции «на шарап». Это значит: кто сколько схватит. «И ведь достанется каждому, может быть, по лимону и по паре белья, а интересно».
Мародерство – это, в некотором смысле, естественное состояние, результат работы простых антропологических стимулов, экономическая модель человека в чистом виде. Чтобы было иначе, где-то должны быть немелкие цели, обычно они оказываются примерно там, где историческая память, культура, традиция.
Иными словами, чтобы оставить все как есть, не нужна политика - политика нужна, чтобы сделать совсем другое. Политика, в частности, возникает, когда для достижения целей не хватает средств. Например, административных методов и способов силового давления.
Сейчас что-то похожее на политику есть только из-за страха «революции». Страх выглядит так: небольшая демонстрация со стариками и старушками прет вперед. Милиция не очень умеет с ними разобраться, для этого нужно как-то специально озвереть, да еще ответственность на себя взять. А начальство, как всегда, отдает приказы уклончиво. Звонят генералу такому-то, тот трубку не берет. Это же естественно: так и президент не мог в свое время дозвониться генеральному прокурору.
Владислав Сурков решил себя попробовать в роли политического философа, потому что, видимо, не хватает обычных средств административной «разводки» - откуда-то должны взяться искренние сторонники, а не просто заинтересованные "партнеры". Поэтому он и рассказывает бизнесменам про ужас будущей революции.
Кстати, текст, опубликованный радио «Свобода», вполне правдоподобный и, по-моему, никого не компрометирующий, - все и так все понимают. Возможно, там и смещены злонамеренно какие-нибудь акценты, но смысл остается. Господин Юрьев задает вопрос заместителю главы кремлевской администрации примерно о том, что аполитичность бизнес-сообщества – это тупость (кто же тогда что-то позитивное в стране сделает?), но и впадать в "политический волюнтаризм" (в смысле – попасть, как ЮКОС) тоже не хочется: "Мне говорят: "Вступи в партию". Ну да, я вступлю в партию. А что я там буду делать?" Сурков тут и советует, мол, идите в Общественную палату - авось что-то получится, с «Единой Россией» дружите.
Это-то можно, но если у тебя проблемы и тебе нужны политические союзники, то хорошо бы что-то дельное говорить, а не посылать по административным инстанциям. Очень бы хотелось, чтобы, скажем, из Общественной палаты что-то получилось. Но само собой так не бывает.
Если думать в административной логике, чтобы было куда послать и где «заволокитить», тогда надо просто собрать более-менее известных и безопасных, то есть вполне лояльных, людей. А если ты думаешь о стране и о том, чтобы получилось нечто вразумительное, то надо было бы умолять там работать, объяснять, убеждать, увлекать всех, кто имеет в стране независимый авторитет. Конечно, это опасно – хотя полномочий там нет, но и без полномочий открытое собрание действительно авторитетных и влиятельных людей – это власть.
Вообще-то Кремлю перед собранием бизнесменов нужно не законодательные подачки раздавать и не насиловать мозги философией и опасностью революции, а дело предложить, дать возможность сделать что-то полезное для страны. Например, часть функций лицензирования и контроля передать отраслевым организациям бизнеса, позволить, скажем, «Деловой России» сделать судебный орган для разбирательства корпоративных споров и признавать его решения. Да, опасно: не так легко будет кого-нибудь посадить за налоги без суда и следствия, и целый кусок административного рынка уходит. Но это и есть политика.
Конечно, не хотелось бы опять революции. В смысле, хотелось бы – но мирной и окончательной, без крови и ужасов, зато созидательной. Но басни про «Наших» это не решат. Просто потому, что если будет горячо, то их – перекупят, а газеты напишут, что «Наши» перешли на сторону народа.
А за что воевать? За продолжение относительно мирного мародерства в пользу чиновников или за дело?
Теперь, за какое дело? В станице Бороздиновской впервые настоящую публичную огласку получил случай кровавой зачистки. Вместо украденных или убитых родственников народ получил от Рамзана Кадырова подачки «из личных фондов». Деньги можно взять, но справедливость и доверие к власти от этого не возникнут.
В Башкирии и в Тверской области «правоохранительные» органы занимаются зачистками и прямым садизмом, направленным против мирного населения. Как правильно заметили у нас на форуме, все-таки большинство мужчин в советское время служили в армии, и закончится это тем, что они разметут местные садистские «правоохранительные» организации вдребезги. Потому что через суды справедливости не найти.
Герои России и Советского Союза объявили голодовку. Тут можно долго горевать, что не очень понятны их требования, что они «просто обиделись», что их "льготный" законопроект, возможно, никуда не годится. Но когда им в парламенте врут, а исполнительная власть не обращает внимания, это на что похоже? На пособничество бунту и разложению. Заранее никогда не известно, какой именно случай явной несправедливости поразит сердца россиян.
Валентину Данилову скостили срок с 14 до 13 лет. А это как квалифицировать? Издевательство с особым цинизмом? Посадили его потому, что два стукача написали «заключение» об особой секретности его работ. ФСБ, кстати, оправдывалась тем, что в списке секретных тем эта тема значится. И это, кстати, правда. То есть они конкретно не виноваты, но кто-то должен был обновить списки. Кто-то же должен думать о стране. Потому что при всех разговорах о «высокотехнологичных отраслях» исследователь, умеющий зарабатывать деньги, может попасть в тюрьму из-за доноса завистливых чиновников или «коллег», претендующих на тот же бюджет или на объект недвижимости. А товарищи в министерстве еще что-то там говорят про эффективность и про реформу.
Да, можно и достичь эффективности, и реформы сделать можно. В научной среде есть знание о том, кто гений, а кто фуфло. Поэтому мародеры выигрывают только в ситуации, где происходит все тихо и где нет политики и целей, а есть согласование по инстанциям. Когда решения принимаются путем получения административной равнодействующей, а не по правде.
Да, можно построить реформу науки и любую другую реформу, опираясь на общественный авторитет доблестных людей - никакой это не бином Ньютона. И насилие на Северном Кавказе можно уменьшить путем прекращения разложения в армии и МВД. Потому что есть доблестные люди и в армии, и в милиции, и среди судей. Все еще множество их среди учителей и врачей.
Проблема не в том, что их нет, а в том, как сделать, чтобы система работала, опираясь на них, а не на мародеров. Это, конечно, опасно. Потому что, скажем, общественный орган управления реформой судов может послать совершенно конкретных полностью разложившихся судей нецензурно далеко. А они так нужны и так прикормлены…
Но политика – вообще опасная вещь. Если не опасно - это не политика.
