В Госдуме продолжается активное обсуждение законопроекта о будущем производства генно-модифицированной продукции в России. В первом чтении был принят законопроект правительства о запрете производства генно-модифицированной продукции, кроме случаев, когда оно осуществляется в рамках научных исследований.
Как пишут «Известия» со ссылкой на председатель парламентского комитета по науке Валерия Черешнева, сейчас на повестке стоят три основных предложения: это полный запрет на производство ГМО-продукции в стране, разрешение производства ГМО-продукции в медицинских и научных целях и это разрешение на выращивание ГМО-продукции отечественными производителями. Этот проект будет дополнительно доработан, и поправки будут внесены с учетом мнения экспертного сообщества.
При этом научного сообщества выступает против запрета на производство ГМО-продуктов в России. В частности, соответствующее письмо, подписанное Владимиром Фортовым, в думский комитет по науке уже направила Российская академия наук.
Научный журналист, популяризатор науки и автор книги «В интернете кто-то неправ! Научные исследования спорных вопросов» Ася Казанцева считает, что для блага всей страны лучше всего, если новый закон разрешит производство денно-модифицированных продуктов отечественным производителям, однако сложно прогнозировать, к чему все же придет обсуждение, так как депутаты Госдумы не являются компетентными специалистами в области биологии.
«Всем здравомыслящим людям очевидно, что биотехнологии в 21 веке настолько же важны, насколько была важна физика в 20 веке. Понятно, что мировыми сверхдержавами будут те страны, которые развивают биотехнологии и таким образом решают как проблемы с обеспечением пищи, так и медицинские вопросы. Поэтому, конечно же, крайне желательно, чтобы любая страна и наша, в частности, поощряла производство генно-модифицированых продуктов», — говорит Казанцева.
Большое количество противников ГМО, по ее мнению, связано с недостаточной информированностью: «К сожалению, это вопрос, связанный с необразованностью как населения, так и политиков и с желанием приобретать дешевую популярность на том, чтобы защищать людей от несуществующей угрозы»,— полагает Ася Казанцева.
Директор Центра агропродовольственной политики Института прикладных экономических исследований РАНХиГС, доктор экономических наук Наталья Шагайда в беседе с «Полит.ру» заметила, что она как потребитель предпочитает питаться продуктами без ГМО, однако, даже читая этикетку, в этом не имеет оснований быть в этом уверенной. «Этот вопрос – разрешать или не разрешать ГМО-продукты обсуждается уже давно, у нас в стране запрещено производить ГМО-продукцию, но при этом мы ввозим продукты из других стран, где, например, при выращивании животных на мясо используются как раз генно-модифицированные корма. Также есть заводы России, где перерабатывается импортная соя, и только в последнее время пошли какие-то запреты на ввоз по той причине, что выявлена генно-модифицированная соя. До этого соя завозилась и шла на разные цели внутри страны», — рассказывает Наталья Шагайда.
«Поэтому я думаю, что это мировой тренд, от которого никуда не деться. Точно нельзя прекращать исследования, иначе мы останемся на обочине научной мысли. К тому же, если правительство озадачено, и оно считает, что население не поддерживает идею производства ГМО-продуктов, то в таком случае надо разрешить производить продукцию из этих семян для экспорта за рубеж, если на такую продукцию там есть спрос. Ведь на мировых рынках уже большой объем ГМО-продукции, ее производство обходится дешевле, она менее подвержена вредителям и болезням. Наша продукция может быть неконкуретна», — считает эксперт Президентской академии.
При этом, по мнению, Натальи Шагайды, вопрос вреда ГМО не ясен. Нет подтверждающих эту точку зрения результатов независимых и признаваемых всеми исследований. По ее мнению, велика вероятность, что информационная волна о вреде ГМО идет от химических концернов, которые производят вещества для обработки посевов, которые при ГМО продуктах могут не быть нужными. Она считает, это сложным вопросом, но безусловным полагает то, что люди, которые не хотят потреблять ГМО-продукцию, должны получать информацию, то есть об этом должно быть написано на этикетке. Но если государство это требует делать, то оно, на ее взгляд, должно иметь инструменты контроля за правильностью такой информации.
Специалист в области методов молекулярной биологии и генной инженерии, проректор по научной работе РНИМУ им. Пирогова Денис Ребриков — противник идеи запрета на производство ГМО-продукции в России. «Это все из области мракобесия. Боязнь ГМО — это все равно, что боязнь черных кошек или неправильного астрологического прогноза», — уверен он. По его словам, современные ученые могут сделать в качестве биологического военного оружия страшные генно-модифицированные вещи, убийственные вирусы. «Но вообще-то их придумала природа: боевые патогены, допустим, вирус лихорадки Эбола — его не надо придумывать, это уже сделала природа, и это довольно страшный вирус, его хватает, но если надо будет, мы можем сделать что-то еще более страшное», — напомнил эксперт.
Говоря о генно-модифицированных продуктах, в частности, сельскохозяйственных растениях, Денис Ребриков особенно подчеркивает, что тратятся огромные усилия на то, чтобы сделать эти растения более безопасными, чем натуральные. «Большинство людей не понимают одной простой вещи: у нас выбор не между безопасным натуральным и опасным ГМО, а между опасным натуральным и безопасным ГМО», — говорит он.
«Опасность натурального заключается в том, что для выращивания продукции в крупномасштабном производстве используется большое количество химикатов, в том числе нацеленных на уничтожение насекомых — инсектицидов. В средней полосе России нельзя вырастить картошку, не обрабатывая ее инсектицидами от колорадского жука, и все эти химикаты ядовитые. Некоторые из них были запрещены, потому что приводили к заболеваниям у людей, ДДТ запретили 40 лет назад, потому что это ядохимикат, который, как оказалось, убивает не только насекомых, но еще и людей.
Те инсектициды, которые используются сейчас, немногим безопаснее, но тем не менее очевидно ядовиты для человека. Натуральная воронежская картошка не может вырасти без инсектицидов, всё сожрёт колорадский жук. Если мы говорим о зерновых сельхозкультурах, то там используют гербициды, не позволяющие расти сорнякам. Мы имеем «натуральные» (не ГМО) сорта пшеницы и «натуральные» гербициды, которые, хоть и в меньшей степени, чем инсектициды, но тоже ядовиты для человека», — объясняет эксперт.
По словам Ребрикова, генно-модифицированные растения позволяют уйти от этих химикатов: «Например, против колорадского жука картошка не должна обрабатываться вовсе ничем, она вырабатывает специальный белок, который специфично уничтожает только колорадского жука и больше никого. Более того, этот белок вырабатывается только в листьях, в клубнях его нет вовсе».
«Население обманывают средства массовой информации, нагнетая ГМО-боязнь, этим они делают людям плохо, это вредительство, потому что генно-модифицированный картофель полезнее, чем натуральный. Кто-то должен возносить это на флаг и везде им размахивать, чтобы мы постепенно уходили от вредного натурального и переходили к безвредному ГМО», — заключил эксперт РНИМУ им. Пирогова Денис Ребриков.
