Никита Белоголовцев, журналист, главный редактор портала «Мел»
Ожидания, прогнозы на 2017 год
Чего ждать в 2017 году? Скажу сперва про образование. В нем растут самые разнонаправленные тренды. С боями и непониманием в России набирает силу онлайн-образование. Причем если раньше дополнительное образование у взрослых (в школьные кружки для детей) было такой экзотикой и данью моде, когда люди получали МВА не потому, что он был им нужен, а потому что без него как-то несолидно, то сейчас то, что называется словом lifelearning, набирает обороты. Люди готовы тратить время и, что важнее, деньги, на то, чтобы чему-то учиться, уже и сильно по окончании школы и института.
Учиться не только потому, что им это жизненно необходимо, но потому, что им кажется это важным. Учиться не только потому, что им хочется потратить деньги, но потому, что они считают это правильной и своевременной инвестицией. Ну, и, опять-таки, в российском образованием (я сейчас даже не про государственную систему, а про всю совокупность процессов) тяжело и со скрипом, но происходит какая-то попытка прийти в компромиссное состояние с окружающей средой.
Что я имею в виду? Что российское образование до сих пор невероятно архаично по процессам, которые в нем происходят. И если мы мало задумываемся о том, что российский интернет, российская банковская сфера или российский ритейл – одни из самых технически развитых в мире индустрий (попробуйте где-нибудь в Европе попользоваться, если найдете, мобильным приложением какого-нибудь банка, и вы поймете, что ваша ругань по поводу Сбербанка – это избалованности), то в образовании все на редкость не продвинуто. То есть электронные доски повесили, электронные журналы завели, а что с ними делать и почему от этого должно стать лучше, толком еще никто не понял.
Вот это, несмотря на заявление министра о том, что школьники должны убирать пришкольные участки, будет, видимо, происходить. С переменным успехом, разумеется.
Если же говорить про спорт, то я, с одной стороны, ничего хорошего не жду. Ну, то есть, не жду никаких глобальных изменений, какого-то невероятного очищения, ритуальной отставки Виталия Мутко и так далее. Этого, понятно, не будет, потому что это совсем не стиле. Думаю, что при этом не будет и никакого Апокалипсиса в виде отмены чемпионата мира-2018 по футболу – просто потому, что это невероятно сложно, с учетом времени. И, учитывая все потери, – финансовые, логистические и прочие, – думаю, отменять чемпионат могут только в случае железобетоннейших условий или даже совпадения таких условий (а это то, что сейчас называется словами «черный лебедь»). Но при этом я думаю, что доклада Макларена с максимально обтекаемыми формулировками для этого будет маловато.
Наверное, в 2017 году достроят стадион питерского «Зенита», что прервет прямо-таки фольклорную эпопею. Стадион, возможно, правда, будет далеко не так хорош, как задумывался – без раздвижного поля и всего остального. Но, думаю, его все-таки достроят.
Не буду давать точный прогноз, но все-таки очень надеюсь, что мой любимый московский «Спартак» хотя бы продолжит бороться за чемпионство – а, может быть, и станет чемпионом. Что будет совсем сказкой.
Ну, и, я думаю, что российский спорт, возможно, последний или предпоследний год будет жить, не думая о деньгах. Я думаю, что российский спорт глобально, если мы не берем каких-нибудь отдельных борцов, которые не оплатят поездку куда-то или заставят проводить сборы где-то в плохом пансионате под Кисловодском, еще не будет иметь проблем с деньгами. А в 2018 году, когда пройдет чемпионат мира по футболу, закончится Резервный фонд, а потом и Фонд национального благосостояния, то все поймут, что тратить 50 миллионов долларов на футбольный клуб «Локомотив», наверное, не очень правильно. А уж 100 миллионов на «Зенит» – и вовсе преступно. И, думаю, дальше может быть очень интересно.
Наверное, не в 2017 году – в 2017 году будет такой «прощальный пир». А вот потом, думаю, будет круто…
Читателям «Полит.ру» – рекомендации, что почитать-посмотреть на новогодних каникулах
Скажу честно: я совершенно не эксперт в этом. Могу сказать точно: я испытываю какую-то прямо-таки гордость от того, что происходило в проекте «ProScience Театр», к которому я имею счастье относиться. И за последние несколько недель не раз довольно хвастливо порекомендовал людям что-то посмотреть с моим участием. Это было представление в «ProScience Театре» про магию науки и науку магии. И, в общем, там было очень много классного за год, такого, что в каникулы, на мой взгляд, стоило бы и почитать, и посмотреть – благо там и видео, и расшифровки. И это действительно интересно.
Кстати, мода на все возможные виды популяризаторских проектов – это одна из примет того, что происходило в 2016 году, хочу отметить.
Вот. Это то, что можно порекомендовать.
А сам я, по своей слоупочной привычке, буду в каникулы, наверно, смотреть что-то из пропущенных сериалов. Я следил в соцсетях за восторгами, переходящими в бурные восторги, а потом и в недоумения по поводу сериала West World. И я, наверное, его посмотрю на каникулах. Советовать этого никому не буду – потому что те, кто про сериал слышали, наверное, в моих рекомендациях не нуждаются. А тем, кто не слышали, боязно советовать – вдруг он плохой окажется.
Пожелания читателям «Полит.ру»
Во-первых, очень вам желаю, чтобы 2017 год, который, скорее всего, будет не самым у всех легким и приятным, своими сложностями, трудностями, задачами и неприятностями не заслонял от вас какие-то живые, классные моменты, которые всегда и на фоне всего происходят. Чтобы что бы ни происходило в 2017 году, все как-то учились, умели и сохраняли возможность переключаться, радоваться – радоваться хоть радости детей, ждущих вас с работы, даже если на этой работе что-то не очень классно.
И я бы очень хотел пожелать всем в следующем году уметь себя найти и уметь понять: что бы вокруг ни происходило, это в основном обратимо, и все может быть если не к лучшему, то быть каким-то шансом, возможностью, вызовом и всем остальным.
Я далек от мысли о том, что все, что ни происходит, делает нас сильнее – мне кажется, тот смысл, который этой фразе обычно придается, слишком приторный и сладкий. Есть вещи, которые, к сожалению, не делают нас сильнее. Но при этом есть ощущение, что мы можем позволить огромному количеству вещей не делать нас слабее и не делать нас менее счастливыми.
