23 декабря 2016 года состоялась ежегодная большая пресс-конференция президента России Владимира Путина. Пресс-конференцию в прямом эфире транслировали крупнейшие телеканалы.
Беседа главы государства с журналистами в подобном формате продолжалась почти четыре часа. За это время глава государства ответил на десятки вопросов, посвященных главным образом внутренней политике России.
Среди тем, затронутых президентом в этой области, были: уровень годовой инфляции, стратегия Банка России по оздоровлению финансовой системы, поддержка сельского хозяйства; президент также коснулся вопросов планируемой реформы пенсионной системы, поддержки регионов, импортозамещения, приватизации и ряда других.
О главных впечатлениях от мероприятия «Полит.ру» рассказал политический обозреватель Андрей Щербаков.
«В отличие от предыдущих лет, от пресс-конференции нашего президента у меня осталось очень интересное впечатление. Возможно, мы стареем, возможно, президент меняется, возможно, меняются обстоятельства.
Думаю, многие говорят (я уже видел такие комментарии и, полагаю, они будут и еще), что мероприятие не срежиссировано. Встают какие-то люди, понятные и не очень понятные, и задают какие-то вопросы, опять-таки, понятные и не очень понятные. Президент честно и добросовестно на них отвечает, что говорит о том, что он хорошо умеет делать свою работу. Иногда мы про это забываем, а каждый декабрь про это вспоминается.
Вспоминается и то, как замечательно Владимир Владимирович умеет себя вести публично, когда этого хочет. Но главное впечатление связано не с тем, что говорил президент, не с тем, как он говорил, а с самим мероприятием. И если переносить свои впечатления за пределы мероприятия на то, что называется «вообще», то можно сказать вот что. Обратите внимание, какая у нас свобода! Обратите внимание, какая у нас свобода – и как она реализуется.
Вокруг президента собрались журналисты – люди, которые профессионально занимаются словом. Люди, которые должны, могут, и умеют контактировать с другими людьми; которые понимают, что и как они говорят. А теперь вспомните, какие люди спрашивают Владимира Владимировича, о чем, каким языком, с какой интонацией. И какие у вас впечатления после этого?
Ни в коем случае не желаю польстить нашему президенту (он не нуждается в нашей лести), но он, конечно, на голову превосходит подавляющее большинство наших коллег по журналистскому цеху именно с точки зрения тех качеств, которыми они как журналисты должна обладать. И это, конечно, ужасно.
Я в таких случаях всегда люблю говорить о том, что, по-видимому, аналогичную историю мы имеем и во всех других отраслях жизни. То есть, если речь идет, например, о тракторостроении, я вполне допускаю, что наши высшие менеджеры гайки заворачивают лучше, чем рабочие сборочного цеха. И если говорить о сборке чая где-нибудь в Краснодарском крае, я вполне допускаю, что губернатор Ткачев это делал лучше, чем несчастные специально завезенные туда рабочие из Центральной и Средней Азии.
Кстати, вспоминается замечательный фильм режиссера Михаила Чаурели «Незабываемый 1919-й». Там Сталин с Бухариным на Красной площади смотрят новый трактор, и Сталин на слух определяет, какая именно неполадка у этого трактора. После чего люди впадают в экстатический транс. Вот то же самое и здесь.
Ну, конечно, Владимир Владимирович умеет, знает и хорошо общается с людьми, существенно лучше чем те из нас (или не из нас), кто с ним от журналистского цеха взаимодействовал. А что касается содержания, мне кажется, тут была очень правильная последовательность вопросов.
Значительное внимание и концентрация ответов была на темах экономического блока, при этом совершенно очевидно, что наши проблемы никуда не делись и даже, скорее, стали больше. И тот недостаток кредитных денег, который мы так остро ощущали все эти годы, сегодня, по-видимому, становится еще более острым. И то, что сказал президент, – это такой сигнал кредиторам: мол, давайте нам денег, и всем тогда будет хорошо. Ну, может быть, я заблуждаюсь, но мне так кажется.
Что касается так интересующих всех так называемых «острых вопросов» (тут и "Ельцин Центр", и разного рода выставки, и различные движения экстремистского или полуэкстремисткого толка), то мы услышали по ним позицию президента. Она ни в чем не нова: приблизительно то же самое он говорил и в предшествующие периоды. Совершенно очевидно, что эти вопросы не имеют никакой практической ценности. Ну, и если раньше на них ответы давал господин Володин, и мы знаем, какие ответы он давал, то теперь на эти вопросы дает ответ господин Кириенко. И мы знаем, какие ответы он дает.
И отдельным пунктом хочется порадоваться за Катю Винокурову: наконец-то девушка стала звездой федерального уровня. Время от времени я почитываю ее сообщения на Telegram-канале: как ее, бедную, всю неделю перед этой пресс-конференцией плющило! Она не знала, спросят ли, нет ли, заметят ли, не заметят… Спросили! Спросили, заметили, не напрасно накидывала красную шаль на желтое платье. Так что, как минимум, одно безусловно позитивное впечатление от пресс-конференции президента мы получили», – сказал Андрей Щербаков.
