8 февраля прошла конференция «Уроки «Нового курса» для современной России и всего мира» – ее приурочили к 125-летию со дня рождения Франклина Рузвельта. Проводил ее Институт общественного проектирования (ИНОП) совместно с МГИМО-Университетом МИД России. В МГИМО все и было.
Конференция была в формате «презентация плюс комментарии», но конкретная. Нельзя сказать, что на ней возникла битва вокруг смысла наследия Ф.Д.Р. в нынешнее время, но некоторые моменты такого рода имелись.
Общая рамка была задана г-ном Торкуновым (МГИМО, ректор). Согласно его изложению, Рузвельт пришел к власти во время системного кризиса и победил его, осуществив социал-демократический upgrade либерализма. Понятно, что это сразу уже не о Рузвельте, а о куда более близких времени и месте. Цитата: "У нас уже пытались разнуздать рыночную стихию, вывести ее из-под контроля государства. Похоже, мы с водой выплеснули ребенка, а теперь снова изобретаем велосипеда merida. У государства есть неотъемлемые социальные обязанности". Далее – о том, что Национальные проекты означают возвращение государства к социальной защите граждан и поддержке отраслей, которые не отдаются на откуп рынку. В общем, это тут все не о международной истории, но – конкретная политология и даже отчасти реальная политика. Поэтому цитировать придется подробно.
Рамку уточнил г-н Фадеев ("Эксперт", главред), скептически отнесшийся к тому, что из истории вообще можно извлечь хоть какие-то уроки. Но мы, здесь и теперь, как раз это можем, потому что страны, побывавшие в сложном положении, куда более восприимчивы к чужому опыту и истории, нежели благоденствующие. Тут слово было передано В.Суркову (Администрация президента, замглавы)
С его точки зрения, "Рузвельт – хороший повод поговорить о демократии. Согласен, что с уроками плохо, плохо они усваиваются, и не верю, что история способна совершать повторы". Однако сходство налицо: тогда в США было, как у нас сейчас (ну, не сейчас, а несколько раньше). "ВВП уменьшился вдвое, половина населения считала себя бедняками". Тут происходит окончательный переход на текущую проблематику, отмечено, что "… как в свое время Рузвельт, сегодня Путин вынужден и должен укреплять административное управление и в максимальной степени использовать потенциал президентской власти ради преодоления кризиса… Но США все-таки не Россия. История не повторяется, но идеи и эмоции, которые приводят в движение наше общество, созвучны тем, которые двигали американское общество".
Мораль пока в том, что – по Рузвельту – экономическая свобода связана со свободой как таковой, потому что бедные люди не свободны. А позиция, согласно которой чем меньше правительства – тем больше свободы, она аморальна. Упомянута также психология, поскольку – по словам Гувера – в первые рузвельтовские годы имелась проблема общественного сознания, когда доминировало дегенеративное видение будущего, а пресса и финансы контролировались олигархическими группировками. "Своими противниками Ф.Рузвельт называл финансовые монополии, спекулятивный капитал и безудержных банковских дельцов, определяя их действия как попытки захватить контроль над правительством". В общем, "новый деспотизм под вывеской демократии". В.Сурков полагает, что "и в современной России это достаточно актуально".
"Но он был стопроцентный американец и высоко ставил сословие предпринимателей". По этой причине Рузвельт "удержал Америку от сползания к социализму", ощущая грань вмешательства государства в экономическую и социальную сферу, которую нельзя преступить, и "это тоже полезно нам сегодня", добавил В.Сурков. Как следствие, г-н Рузвельт стал высшим представителем власти народа – не отчуждаемой олигархами.
"Основанными на справедливости Рузвельт искал и международные отношения. Тогда же он отмечал, что мир станет более опасным, если будет под контролем немногих… Мы сегодня действуем так же. В 20 веке он был нашим военным союзником, а теперь – идеологическим". Далее было отмечено, что – в отличие от коммунизма – демократия не факт, а процесс. В том смысле, что всегда есть какие-то проблемы. "Но Россия понемногу движется в нужном направлении. Не всем нравится, много совершается ошибок. Но ничего, справимся". И финал: "История не повторяется, но Россия стремится к свободе от нужды и от страха, и есть лидеры и общества, которые нас вдохновляют, и Франклин Рузвельт и Америка в их числе".
Главное, получается, вот в чем: что это за грань достаточности или нет влияния государства на бизнес и, в целом, пределы укрепления личной власти, а также состояние имеющейся в стране демократии. Что характерно, на этом же пакете построил выступление У.Д. Бернс (посол США в Российской Федерации).
Г-н посол особенно отметил тот факт, что, несмотря на плачевное состояние экономики, в том числе – всей промышленности и банковской системы, Рузвельт понимал, что выкарабкаться можно только через реформирование и усиление институтов власти. Но тут нюанс: "В других странах к власти в это время приходили диктаторы и демагоги. Гений Рузвельта в том, что он помнил, что строить надо не на личности, а на институте власти. И даже во время руководства программой новых рабочих мест Рузвельт закладывал основы эффективного и справедливого регулирования на долгосрочную перспективу. Была реформирована система бизнеса. Была создана страховая система для всех американцев. Создавалась структура экономики. Рузвельт создал и развил принцип "сдержек и противовесов" различных институтов власти и бизнеса. Причем эта система нередко ограничивала действия самого Рузвельта – в 1937 году он не смог изменить состав Верховного суда, и лишь некоторые его действия не встречали критики. Самое главное достижение Нового курса в том, что он укрепил демократические основы сдержек и противовесов, которые обеспечили в будущем процветание".
Заодно уточняется, что партий он не трогал и всячески развивал демократические институты на низовом уровне. В общем, главное – не личная харизма, а те структуры, которые он оставил после себя. Это мнение не осталось без асимметричного ответа г-на Павловского (ФЭП, президент). Он был совершенно конкретен: "Не будем скрывать, говоря о Рузвельте, мы имеем в виду Путина. Мы обсуждаем не повод для лести, а хотим выстроить адекватный аналитический ряд, мы перебираем историю не в поисках прецедента, а чтобы расшифровать собственную ситуацию. Простых параллелей с Путиным у Рузвельта много, все они на виду. От любви Рузвельта к электронным СМИ и нелюбви к печатным. Рузвельт фактически гуманизировал американскую политику, он выстроил новую форму демократий – поверх партий, поверх государственной вертикали – создал сообщество, которое включало его одного и рядового американского избирателя".
Таким образом, посол США в РФ оказался немного опровергнут: потому что главное в Рузвельте не то, что он перестраивал механизмы управления государством – он просто установил поверх всей этой бюрократии, политики и бизнеса прямую связь себя с рядовым американским избирателем. Что в состоянии произвести такая конструкция? Это пояснено далее: "Для России важно, что Путин решал (тут непонятно: Рузвельт или Путин? Дальше-то Павловский их точно спутает, потому что поправится, но в этом месте что ли не заметил?) задачи внутренней консолидации нации в моменте полной потери себя в катастрофе". В общем, Рузвельт – это психотерапевт, который впоследствии еще и вернул доверие к институтам власти.
Но это не главное, потому что главное – разумеется, известный вопрос. Третий срок. Переход к нему происходит в контексте международной политики. "Америка поняла, что сохранить свою безопасность она может, только вмешиваясь в дела мира – там, где есть угроза интересам США. Эта задача стоит теперь перед Россией". А вот и Главная тема: "И как Рузвельт решал для себя – идти или нет на третий срок, как отнестись к традиции двух сроков – а традиция для демократии очень важна… когда Рузвельта спрашивали, он говорил, что не пойдет, а из толпы ему кричали "нет!" Он говорил, что не пойду, не пройду…. А потом шел на третий и на четвертый… К концу второго срока Рузвельт решил большинство проблем своей программы. Пошел на третий, потому что Америка стояла перед грандиозным мировым вызовом – он означал реформирование среды, в которой Америка бы не чувствовала себя в безопасности".
Ну, про Мировую войну сразу все же не будет, чуть позже. "Россия, безусловно, сейчас стоит в начале новой мировой эпохи. Это жесткая мировая эпоха, которая не сводится к экономической конкуренции. Сегодня министр обороны США говорил о возможности ведения боевых действий на территории некоторых стран – России, Китая. Готовы ли мы…сохраним ли мы, избиратели, уверенность в том, что у нации останется такой лидер, как Путин. И кем он будет работать? Это не так важно, но важно, что в надвигающейся на нас новой переделке нация не может отпустить своего лидера. Поэтому мы и обращаемся к изучению опыта. Рузвельт решил эту проблему, хотя после второго срока он собирался создать библиотеку и писать колонки в газету – нация ему не позволила".
Следует отметить, что посол США в РФ после данного мессиджа протеста по поводу обвинений его страны в подготовке акта агрессии в отношения РФ не заявил, отчего вскоре начались уточнения из зала. Например, было указано, что при Рузвельте ограничение двумя сроками президентства еще не существовало. Что во внешнюю политику он полез только тогда, когда уже деться было некуда, война началась. Еще – о том, что Рузвельт вовсе не укреплял вертикаль власти и не увеличивал капитализацию государства за счет частных фирм, наоборот – спасал капитализм: понял, что внутренних ресурсов бизнеса недостаточно – употребил им на пользу государство. Так что получается несколько наоборот – но тут уже затевается длинная и теоретическая часть, говорить о которой излишне. Потому что все эти уточнения уже не имеют никакого политологического и политического значения, да и вообще – про это в книжках давным-давно написано.
