Что русскому хорошо, то немцу смерть – это общее резюме культурных связей между Россией и Европой в том числе полностью применимо и к политике и, конечно, работает в обе стороны. Технологии политического успеха, весьма эффективные в Европе, оказываются бесполезными, если не сказать - смертельно опасными, в России. Политик, вооружившийся в России томиком Карнеги, может лишиться не только влияния и друзей, но и самой жизни. И даже популярные законы Паркинсона работают здесь с точностью «до наоборот». Но ошибается тот, кто полагает, что Россия – это дикие прерии, где не существует никаких правил. Напротив, в русской политике, как и в других сферах русской жизни, действует довольно строгий «понятийный дресс-код». И только тот, кто глубоко усвоил эти нормы поведения, может рассчитывать здесь на успех.
Правило 1
В России нельзя открыто заявлять о своих притязаниях на власть, если целью является получение ее законным путем. Человек, который претендует на власть в России, выглядит неприлично в глазах соотечественников, и, в лучшем случае, вызывает подозрение с их стороны. О желании стать президентом в России, как правило, заявляют только разные «фрики» и те политики, для которых такое заявление есть лишь способ привлечь к себе внимание, но не более того. Серьезные же люди, которые реально на что-то претендуют, должны долго и ритуально отказываться от власти. Всем своим видом они должны демонстрировать свое отвращение к ней и заявлять о своем нежелании нести это тяжкое бремя. В конечном счете, политик может согласиться принять власть, но только жертвуя собой (семьей, бизнесом, личными планами, идеалами и так далее). Народ, в свою очередь, должен уговаривать политика принять это тяжкое бремя и принести себя в качестве жертвы. Эта традиция имеет глубокие исторические корни. Классическим примером является сцена у стен Новодевичьего монастыря, где народ на коленях умоляет Бориса Годунова прийти на царство. Более свежий пример – Путин, отказывающийся от «третьего срока».
Правило 2
Не возбраняется открыто декларировать свое стремление насильственно заполучить власть. Если стремление к получению легальной власти постыдно, то намерение «украсть» власть, то есть совершить государственный переворот, организовать мятеж, устроить бунт, разжечь революцию и так далее является весьма почетным делом. Политический вор, в отличие от обыкновенного вора, обществом весьма привечаем, и пользуется безусловным авторитетом. Возможно, это связано с тем, что народ в глубине души убежден в том, что законным образом власть нельзя получить в принципе, и поэтому воспринимает тех, кто открыто заявляет о намерении совершить государственный переворот, как честных политиков. Ленин мог не скрывать своего стремления к власти именно потому, что никогда не собирался получать ее законным путем. Реже всего ему в вину вменяется именно нелегитимность его режима.
Правило 3
В России нельзя называть себя политиком. В-первых, поскольку в России нет политики в точном смысле этого слова, то и на самом деле в ней нет настоящих политиков. Народ этого не понимает, но чувствует это своим инстинктом, и поэтому априори считает всех политиков жуликами и самозванцами. Политик в России, как разведчик, должен работать «под прикрытием», то есть, придумывая себе какой-то более солидный в глазах общества род занятий. Так, самый, пожалуй, известный российский политик XX века В.И.Ленин, находясь на вершине политической власти, заполняя в анкете графу о профессиональной принадлежности, указывал – «литератор». К человеку, заявляющему, что он - «профессиональный политик», в России относятся с предубеждением.
Правило 4
Политик не должен подчеркивать, что он «из народа». Если на Западе полезно быть «своим парнем», выглядеть как все и всячески рекламировать себя как воплощение какой-нибудь «американской мечты», то в России важно подчеркнуть, что ты другой. В массе своей русский народ очень трезв (даже, когда пьян) и самокритичен. Он прекрасно знает, какой он есть, и поэтому не в восторге от идеи, что им будет править такой же, как он. От человека, нарочито подчеркивающего свою народность, русский народ инстинктивно ждет какого-то подвоха. Он убежден, что «свой парень», дорвавшись до власти, обязательно начнет ею злоупотреблять, прежде всего, в корыстных целях. Поэтому «своему» при прочих равных условиях народ предпочтет «чужого», желательно с другой планеты.
Правило 5
Политик в России не обязан быть русским, но должен называть русский народ великим. Русский народ любит, когда говорят о его исключительности и богоизбранности, неважно – православной, коммунистической или либерально-демократической. Если это условие исполняется, то остальное менее важно. Вопреки широко распространенному мнению, на протяжении столетий русские толерантно относились к тому, что ими правили иноземцы – варяги (при первой династии), немцы (при второй династии), евреи (во время революции), грузин (во время контрреволюции), малороссы или культурно близкие им (Хрущев и Брежнев в эпоху застоя). Проблемы по-настоящему начались тогда, когда к власти пришли Горбачев и Ельцин.
Правило 6
Политик в России не должен обещать народу хорошего при жизни. Русский народ недоверчив, в его исторической памяти нет места для рождественских сказок, и поэтому он воспринимает любые обещания, кроме обещаний трудностей и испытаний, крайне скептически. Правда, в качестве компенсации русский народ по-детски восприимчив к обещаниям потустороннего счастья в любой отдаленной перспективе, до которой он не имеет шансов дожить, и особенно для будущих поколений (рай, коммунизм). Поэтому любые импровизации в отношении будущего допустимы.
Правило 7
Политик в России должен быть крут. Любое сострадание и, тем более, сентиментальность воспринимаются здесь как проявление слабости. Жестокость и даже просто декларация о готовности проявить жестокость немедленно повышают авторитет политического деятеля. Политик должен уметь держать дистанцию между собой и народом, являясь последнему попеременно: либо в образе отца, либо в образе барина, но обязательно строгого и справедливого. Русский народ живет в ожидании приезда урядника, и, если тот долго не появляется, впадает в беспокойство. Общая формула, выведенная Некрасовым более 150 лет тому назад, так или иначе, остается «рабочей» до сих пор: «Люди холопского звания - сущие псы иногда: чем тяжелей наказание, тем им милей господа».
