Если кто ещё помнит, прежний экономический мир был полон удивительного разнообразия. Рынки автомобилей, компьютеров, самолётов, оружия, программного обеспечения и продуктов питания пестрели экзотическими сегодня логотипами и названиями. В какой-то момент, подчас сохраняя видимость выбора, сильные стали пожирать слабых. Началось это довольно давно, а происходило так долго и незаметно, что особой тревоги эти преобразования у большинства не вызывали. Считалось, что процессы эти – нормальны, и что «невидимая рука» свободного мирового рынка неизбежно расставит всё по своим местам.
И вот здесь, пожалуй, стоит сделать небольшое отступление в прошлое, ибо, как оказалось, «свободная» экономика может быть очень сильно замешана на политике.
В период Холодной войны, вплоть до конца 80-х годов, экономический мир делился на две половины. Очертания этих половин практически полностью повторяли политические границы двух противоборствующих идеологий, каждая из которых представляла собой замкнутую экономическую систему. Системы эти были автономны и мало зависели друг от друга. Системы, в жёстких границах, питались и поддерживались экономиками политических адептов. Справедливости ради стоит сказать, что находились очень редкие амфибии, вполне комфортно существующие в обеих средах.
Холодная война однажды закончилась. Был объявлен победитель и, увы, побеждённый. Считающаяся проигравшей социалистическая система, стараниями внешних врагов и внутренних предателей, была поглощена капиталистической. В результате чего, добрая половина мира потеряла всякую независимость. Нас убедили в том, что свои сады и виноградники нужно вырубать, университеты – закрывать, авиастроительные предприятия – резать на металлолом, не мудрствуя, «лечь» под «идеальную» банковскую систему «развитых» стран и наслаждаться благословенными западными интернет-продуктами. Оказалось, что миру от нас требуются лишь недорогие углеводороды и образ вечного врага. Всё остальное, от яблок и курятины, до микропроцессоров и турбин, в избытке имеется у «партнёров».
Несмотря на разруху, одичание и бедность, поначалу казалось, что пресловутая «рука рынка» и впрямь справляется со своим справедливым назначением. Укрупнение, слияния и поглощения, повторюсь, особо никого не беспокоили. Постепенно дошло до того, что некоторые глобальные транснациональные корпорации стали представлять собой полноценные отрасли, а некоторые превратились едва ли не в государства. С этими, как оказалось, весьма опасными явлениями пытались бороться лишь немногочисленные маргиналы, объединённые понятием «антиглобалисты». Впрочем, они видели в явлении лишь причину растущей бедности. Потуги этих шумных, хулиганистых ребят в основном вызывали непонимание и раздражение. В целом же, чудилось, что никакой другой экономики нет и быть не может.
Длилось это заблуждение до тех пор, пока мир весело и покорно плясал под дудку беспринципных и оборотистых англосаксов. В какой-то момент, сравнительно недавно, в некоторых «потерпевших» начал просыпался здравый смысл. Появились закономерные вопросы и неутешительные ответы на них. Однако едва предпринималась попытка нащупать хоть какую-нибудь самостоятельность, шелковистая «рука рынка» цепко и сноровисто обхватывала горло осмелившегося. И вот тут всё действительно становилось на свои места. Произошедшие укрупнения и поглощения оказались невиданным прежде инструментом управления и укрощения непокорных. Выяснилось, что любой строптивец может быть в два счёта отключен от мировой банковской системы, интернета, и отстранён от всех прочих рынков, от высоких технологий до продовольствия. Отсутствие альтернативы предсказуемо породило безвыходность и тотальное обречение. Оказалось, что в мире нет ничего и никого, застрахованного от политических санкций «свободного рынка», будь ты свободомыслящий журналист или президент Соединённых Штатов.
Немногие способные к сопротивлению вдруг кинулись создавать новые или воссоздавать утерянные пути обхода самых иезуитских санкционных инструментов.
Стало понятно, что единственный и теперь неизбежный выход – деглобализация, то есть возвращение экономического суверенитета, возможного только при условии возвращения суверенитета политического. Об этом и прежде немало говорилось устами «инакомыслящих» экономистов и политиков, многие из которых сегодня имеют возможность в составе новых партийных сил войти во власть и делом подтвердить справедливость своих утверждений.
Разбивая надежды на то, что после Ковидного кризиса всё само собой «устаканится» и вернётся на круги своя, Захар Прилепин, лидер молодой партии «За правду», беспощадно заявил: «Нового мира не будет. Социализма не будет. Никаких революций не будет. Смерти глобализма не будет. Мировой перезагрузки не будет. Сверхбуржуазия вернёт все свои права, да ещё и с избытком. Реформы в сфере медицины будут косметическими. Реформы в сфере образования не будет. Цивилизованный мир ни за что Россию не простит. Всё будет как прежде. Господь вам не официант. Всё сами, ручками. Можно выдохнуть. И приниматься за работу. С нуля», — написал Прилепин на своей странице в соцсети.
С этим утверждением трудно не согласиться, учитывая, что эпоха порождённых глобализмом экономических и политических монстров неумолимо катится к закату, и агония этих чудовищ, может оказаться чрезвычайно разрушительной.
