«Святой легендой», не подлежащей пересмотру, назвал представление о подвиге 28 панфиловцев министр культуры России Владимир Мединский. Это заявление он сделал после просмотра фильма «28 панфиловцев».
Тех, кто допускает подобный пересмотр, министр поименовал «кончеными мразями». Политологи, социологи, журналисты и другие пользователи соцсетей комментируют ситуацию.
Политолог Кирилл Рогов убежден, что появление подобных убеждений в достаточной мере закономерно:
«Казус 28 панфиловцев очень неслучаен. О чем идет речь? Есть некий образ национальной гордости и национального единства, воплощенный в корпусе исторических преданий. И есть общность людей, как-то привязанная к этому корпусу, воспитанная на нем. Эта их связь с корпусом и есть патриотизм. Но вот появляется такой казус и возникает секта свидетелей 28 панфиловцев, придающая анафеме неверующих. На самом деле, это попытка редукции корпуса и его апроприации. Такая идейно-историческая гражданская война. И попытка выдать меньшинство (секта свидетелей) за большинство (общность людей, лояльных историческому корпусу).»
Сергей Романчук, руководитель операций на валютном и денежном рынке АКБ «Металлинвестбанк», президент ACI Russia, цитируя слова Мединского по версии информационного агентства РИА Новости, отмечает:
«Очевидно, Владимир Мединский вкладывает новый смысл в звание доктора исторических наук: доктор – он на то и доктор, чтобы не изучать, а лечить!
"Моё глубочайшее убеждение заключается в том, что даже если бы эта история была выдумана от начала и до конца, даже если бы не было Панфилова, даже если бы не было ничего — это святая легенда, к которой просто нельзя прикасаться. А люди, которые это делают, мрази конченые", — сообщил Владимир Мединский.
"Такова легенда. Было их 28, 30, 38, даже может быть 48 из этих 130? Мы не знаем. И никто не знает, и никто никогда не узнает. И это не имеет смысла узнавать", — считает Мединский.»
«Тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман», – цитатой из стихотворения Пушина «Герой» прокомментировала слова Мединского о святой легенде Любовь Борусяк, доцент факультета коммуникаций, медиа и дизайна Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
Историк Виктор Козодой высказал такую точку зрения:
«Кто бы что не говорил , а В.Мединский – "великий"человек и "великий" PR-специалист.
Человек который ещё совсем недавно "открывал" мемориальную доску в Питере Маннергейму (одному из организаторов блокады Ленинграда во время Великой Отечественной войны"), бросается обвинениями – "конченные мрази" , в отношении "усомнившихся " в подвиге 28 панфиловцев... Зачем столь министр культуры (а не прачечной) позволяет себе такую речь?
Думаю, не надо иметь семи пядей во лбу: для отвлечения внимания и "увода" интересами другую сторону. Только вчера должны были рассмотреть вопрос о его диссертации. Да и тут ещё вскоре "формирование " нового состава правительства , а тут сплетни, что его могут и не переназначить. Вот и надо любой ценой ( скандальностью) показать его яростную борьбу на "патриотической" ниве . Вот уживается же в одной голове одновременно разные сюжеты - и про Маннергейма и про панфиловцев...»
Политолог Марк Урнов, воспроизведя на своей странице ссылку на ответ Государственного архива РФ по поводу панциловцев, высказался саркастически:
«Перепостил и в который раз ощутил себя мразью: экая, думаю, я мразь - оно, конечно, герой у нацистов служил, но ведь, это не так уж и важно (правда, ведь); зато миф какой! - а мы его затаптываем; ну, не мрази ли? Конечно, мрази. Доктор – он знает, что говорит!»
Социолог Максим Жаров на заявления министра о неприкосновенности «святой легенды» о панфиловцах отреагировал так:
«У Мединского, судя по всему, натуральная истерика на фоне скандала с его диссертацией. И безотносительно того, что там у него в диссертации, Мединский-"историк" нанес российской исторической науке никак не меньший вред, чем "историк" Фоменко. "Спрямление" истории России в угоду пропаганде, осуществленное Мединским в своих трудах, аукнется нам всем в самом ближайшем будущем. А либерал Мединский при этом выйдет сухим из воды и будет над всеми нами мерзко подхихикивать.»
Некую связь между диссертацией и заявления Мединского о панфиловцах усматривает политолог Михаил Виноградов. По его мнению, в словах министра о «легенде» виден тот же подход, что и в диссертации:
«Звучит как цитата из диссертации:
"Моё глубочайшее убеждение заключается в том, что даже если бы эта история была выдумана от начала и до конца, даже если бы не было Панфилова, даже если бы не было ничего, это святая легенда, к которой нельзя прикасаться. А люди, которые это делают, мрази конченые! — сказал министр. Само обсуждение, на мой взгляд, кощунственно, — подчеркнул Владимир Мединский".»
Дмитрий Бутрин, заместитель главного редактора по экономической политике «Коммерсанта», усматривает в докторской диссертации Владимира Мединского тот же подход к истории:
«Вообще, казус Мединского не так прост, как кажется.
Его т.н. "докторская диссертация по истории" имеет одну лишь, но сильную, хотя совсем не новую мысль: сферу исторической науки предлагается переопределить в государственную пропаганду, критерием истины в исторической науке является соответствие текущим государственным установлениям на этот счет. Научная новизна в этом какая-то, наверное, есть – в высказывании этой идеи вот прям сегодня, а не в 1949 году. Но можно ли, отвлекаясь от новизны, вообще выносить мнение о соответствии физлица достоинству доктора истории по работе, доказывающей необходимость отменить историческую науку в том виде, в котором она известна? Может ли быть доктором-математиком человек, претендующий на доказательство несуществования математики как таковой?
Я бы на месте этих диссертационных комиссий вынес бы не менее парадоксальное решение. Степень доктора исторических наук у Мединского изъять в силу ошибочного направления автором диссертации к историкам. Но работу оную при этом передать на новое рассмотрение специалистам по госуправлению для выяснения вопроса о соответствии ее критериям кандидатской степени в области наук политических. Присвоить тов. Мединскому временно, до урегулирования вопроса, исключительную степень "кандидата в доктора неизвестных пока науке наук" и политологам приготовиться посмотреть по своей части, что у него там. Может, это надо к лингвистам или там к физиологам перенаправить. Кто знает? Кто специалист? Может, это и наука, но какая? Может, новая? Тогда нужно новый диссовет формировать, что ли. В общем, работы много, дай Бог за два месяца только начать.
Заодно же нужно и констатировать, что с точки зрения еще не отмененной науки истории этого автора все ж не существует, а самому автору поставить на вид с выговором - что ж ты, милый, сам не знаешь, какой наукой в свободное от работы время занимаешься?
Шоу маст гоу он.»
Напомним, 4 октября Диссертационный совет Уральского федерального университета должен был рассмотреть вопроса о Мединского ученой степени доктора наук. Однако совет перенес дату по просьбе самого Мединского «в связи с невозможностью его присутствия».
По словам председателя диссертационного совета УрФУ по историческим наукам Дмитрия Редина, следующее заседание должно состояться в течение двух месяцев. Историк не исключил, что, если Мединский не сможет участвовать в повторном заседании, оно пройдет без него.
Требование лишить Мединского ученой степени доктора наук высказал ряд историков. Они и обратились в Высшую аттестационную комиссию при Минобрнауки с соответствующим заявлением. По их мнению, в диссертации министра много ненаучных утверждений и противоречий известным фактам.
