Продолжаем публикацию цикла видеобесед с экспертами в различных сферах и общественными деятелями о том, каким, на их взгляд, стоит быть Президентскому центру Бориса Ельцина. Основание создания Центра – Федеральный закон «О центрах исторического наследия президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий». Место создания – Екатеринбург. Цикл является частью более широкого обсуждения концепции и задач Центра. Мы публикуем комментарий историка и общественного деятеля, председателя Международного общества "Мемориал" Арсения Борисовича Рогинского.
Там обязательно должна быть экспозиция. Я бы выделил в ней несколько тем. Первая - как из среднего вроде бы обычного для той эпохи секретаря обкома вырос Борис Николаевич Ельцин. Это тема секретаря обкома. Его «повседневность». Эту тему сложно показать, потому что хотя фото- и кинокадров много в Свердловской киностудии, но они все какие-то другие… Сложно их преобразовать.
Вторая тема – про ельцинскую суть. Я раз в жизни видел Ельцина. Было у нас совещание общественного совета Мемориала, а он – член этого совета. Он тогда был изгнанный оттуда-то и ещё не ставший тем-то. И стали обсуждать, какую назначить дату для дня памяти жертв. Дело происходит летом-осенью 88 года. Встаёт писатель Рыбаков, который тоже член совета, и говорит: «1 декабря 1934 года». Кто-то страшно смелый, не помню кто, но, допустим, Евтушенко говорит: «Это должно быть 5 сентября 1918 года, красный террор» и так далее. И вот они говорят, в этом чудится придуманность, мол, вот задали мне задачку, я должен ответить. Но тут поднялся Борис Николаевич и говорит: «Вообще-то 7 августа». Все в недоумении. 7 августа – это «семь восьмых», это «Указ о колосках». В его родовой памяти Указ о колосках, который по сути что-то совсем другое, чем помнящиеся остальным 1 декабря или 5 сентября, это была дата «антинародности» что ли… И тут я почувствовал, что его идея «я - народ» - она не фальшивая. Потому и пробился он через свое обкомовство. Хотя и не вовсе пробился.
Третья тема - перестроечная. Тысячи газет, вся неформальная пресса. Я бы устроил выставку горбачёвской эпохи, потому что нужно показать: Ельцин как надежда, и он как миф. И, наконец, еще одна тема – 90-е. Очень трудно, потому что близко. И персонажи все – тут они. Если извлекать урок для будущего, то это драма 90-х. Пойдут ли на правдивую экспозицию о 90-х устроители Ельцинского центра? – Думаю, для них это будет непросто. Остальное-то имеет какой-то оттенок панегиричности, на это пойдут, а 90-е – не знаю… Может пока хоть штрихами…
Кроме экспозиции, в Центре должна быть хорошая библиотека по российской истории ХХ-го века. Лучше областной. Можно, конечно, доукомплектовать областную, но жалко, если центр Ельцина не станет центром изучения русского ХХ-го века. Это не должна быть «президентская библиотека». Она для свердловской земли, вообще для уральской молодёжи.
Там обязательно должна быть коллекция перестроечной «неформальной печати». У нас, в «Мемориале», такая есть – по-моему, самая большая из существующих. Ей на самом деле там место. Эти материалы необходимы всякому, кто будет заниматься историей общества в эпоху Перестройки.
Исследовательский центр по России XX века и по Перестройке. Почему нет? Это и надо создавать. Т.е. это просветительский центр в смысле музейного наполнения и одновременно исследовательский центр в смысле разной информации, связанной с ХХ-м веком.
Но это должен быть ещё и социокультурный центр. Там должно все время происходить что-то важное. М.б. надо думать об этом центре как о Доме Демократии для Екатеринбурга. Там такого нет. Да и вообще мало где есть. Это место, где залы предоставляются любым про- и антиправительственным тусовкам, где люди заинтересованно обсуждают сегодняшний и завтрашний день России. Центр сам по себе не партийный, но предоставляющий зал. И там люди будут уверены, что им эту встречу не отменят. С партиями создатели пусть решают сами. Конечно, там должен быть и просто лекторий с нормальными просветительскими и политическими темами.
Ельцин понимал демократию просто: он не понимал её как процедуру, но понимал как гласность и многоголосие. Каждый имеет право высказывать своё мнение. Т.е. Центр должен стать просветительским, исследовательским, научно-ресурсным, одновременно - центром памяти и демократии. Вот из этих компонентов я бы составил это здание.
