4 декабря 1533 года в Московскомгосударстве сменилась власть. Старый Великий князь, Василий III – правивший долгие двадцать восемьлет с 1505 года, – нашел свое последнее пристанище под плитами кремлевскогоАрхангельского собора. Престол на еще более долгие пятьдесят лет унаследовалстарший из двух его сыновей – родившийся в 1530 году Иван, которому выпадетстать Иваном Грозным. Однако фактическое правление Ивана IV Васильевича начнетсяеще не скоро: пока же рядом с младенцем Великим Князем учреждено регентство,причем регентшей стала вдова старого и мать нового хозяина земли московской,Великая Княгиня Елена Васильевна Глинская.
Можно сказать, что даннаякомбинация власти была для Русского государства вполне прецедентной. Иначеговоря, Елена Глинская стала первой в русской истории со времен полумифическойкнягини Ольги женщиной-политиком. В смысле – женщиной, официально участвующей вполитической жизни на основании официального же статуса. Подковерное женскоевлияние на политическую жизнь страны историки, разумеется, замечают и в болееранние эпохи. Чего стоят хотя бы интриги матери Василия III – византийской принцессы СофьиПалеолог – приложившей неординарные усилия, дабы отстранить от наследования тронапотомков Ивана III от более раннего брака с Марией Тверитянкой.
Но это были потайные игры – Еленаже Глинская правила вполне официально. Разумеется, мы не ведаем, в какойстепени она лично участвовала в принятии тех или иных государственных решений –возможно даже, что и не участвовала вовсе за исключением ключевых. Сиречь –кадровых. То бишь, первым человеком в государстве (после Елены) согласно ееволе стал боярин Иван Федорович Овчина-Телепнев-Оболенский – фаворитправительницы. Он и занимался государственной рутиной: успешно воевал с Литвой,основывал города, расписывал воевод по местам службы. А поскольку не всем этонравилось даже из ближнего окружения княгини Елены, последовали репрессии,коснувшиеся и ближайших ее родственников. То, что вопреки ее воле невозможнобыло тронуть, например, ее дядю Михаила Глинского, – факт бесспорный. Столь жебесспорно и то, что Елена была постоянным, а не только изначальным факторомвласти Оболенского. Когда 3 апреля 1538 года тридцатилетняя Елена скоропостижноскончалась (возможно – от отравления ртутью), судьба его была решена: неделейпозже фаворита схватили и после нехитрого суда казнили. Так завершилось первоев русской истории женское регентство – случайно ли, что оно выпало женщине,получившей немосковское воспитание? В самом деле, вторая жена Василия III была дочерью ВасилияЛьвовича Глинского – представителя известного своими военачальникамиправославного рода Литвы, отъехавшего к Москве. Рассказывают, что в угоду своеймолодой жене, привыкшей к несколько более европейским нравам, сорокасемилетнийВасилий III даже явилсяна публику сбривши бороду – вещь на Руси совершенно неслыханная. Забавно, чтоэтот прецедент был, видимо по недостатку информации, начисто проигнорированиезуитом Антонио Поссевино во время его знаменитого диспута с Иваном Грозным в1582 году. Грозный тогда обвинил Поссевино, а с ним и прочих католиков вгреховном бособородии. Монах парировал инвективу лишь тем, что показал собственныйподбородок – борода на нем не росла в принципе. А ведь мог бы, наверное,сослаться на отца первого русского царя – этот аргумент едва ли можно было быотклонить. Впрочем, даже иностранному дипломату рискованно было ставить ИванаГрозного в риторически-безвыходное положение…
Из важнейших достижений правленияГлинской обычно упоминают денежную реформу. Именно тогда, в 1534 году, возниклаобщенациональная российская денежная система. Основной счетной единицей сталтогда новгородский серебряный рубль, делившийся на сто копеек высокой пробывесом 0.68 грамма каждая - или на 200 денег. Была еще крохотная монетка вполденьги – полушка. Рубль, впрочем, в виде отдельной монеты ввел в обращениелишь Петр Первый. А вот копейки начали чеканить вовсю – с характерным"ездецом", иконографическое значение которого до сих пор в полноймере не установлено. То ли это – Св. Георгий, то ли Великий Князь, то ли – ещекто-то. Это была едва ли не первая в истории человечества монетная система сострого десятичным счетом! Тем не менее, даже и в пятидесятые годы шестнадцатоговека в ходу были разного рода монеты прежних времен и разнообразных местчеканки – в том числе даже и медные московские пулы.
Отметим также, что денежнаяреформа была предпринята правительством в ответ на монетный кризис – когдасотни людей были казнены по обвинению в "порче монеты". Вообще, направление Елены Глинской выпало достаточно кризисов и мятежей, наиболее крупнымиз которых стал мятеж дяди малолетнего Ивана – князя Андрея Старицкого. Впрочем,и с этим вызовом правительство справилось – хотя и в предельно грубом ициничном стиле. Вообще, нравы на Руси в ХVI веке были исключительно жесткими.
Прежде, чем попрощаться с ЕленойГлинской, упомянем здесь еще один связанный с нею сюжет. Дело в том, что бракее с Василием III тожебыл своего рода прецедентом. Великий князь женился на ней, отставив своюпрежнюю жену – Соломонию Сабурову. Причина подобного поступка очевидна:Сабурова была бездетна, а династия требовала продолжения. Однако с церковнойточки зрения подобное оправдание никак не годилось, и Великому Князюпотребовались немалые усилия для продавливания своей воли. Так, Василийназначил нового русского митрополита – Даниила, – проигнорировав традиционную процедуруизбрания его собором епископов. Этот предстоятель русской церкви был покладисти исполнителен и санкционировал новый брак Василия при минимальных епитимиях.
Вообще же митрополит Даниил вошелв историю как гонитель Максима Грека, человека, являвшегося центром московскойинтеллектуальной жизни, идейного лидера нестяжателей – сторонниковсекуляризации обширной земельной собственности монастырей. Грек также былпротивником второго брака Великого князя, точнее – противником митрополичьейсанкции на подобный брак. За это, а также за критику внутрицерковной жизни МаксимГрек был отправлен в ссылку, а на соборе 1531 года нестяжатели потерпелисокрушительное поражение от иосифлян, сторонников сохранения церковныхбогатств. Василий IIIже, чьей прямой непосредственной и также стратегической выгодой стала бы победанестяжателей, не нашел возможности их поддержать.
Это вообще был довольнонезначительный в личностном плане властитель. Продолжая по инерции политикусвоего великого отца – Ивана III,– он добился присоединения к Московскому государству фактически подконтрольнойи прежде Рязани, Пскова, которому не помогли в сохранении независимости давниезаслуги – а именно помощь Москве в покорении Новгорода. У Литвы был наконецотвоеван Смоленск – в Смутное время его снова потеряют, Михаил Романовпопытается вернуть, но окончательно войдет этот город в состав России уже прицаре Алексее. Однако до внешнеполитической виртуозности Ивана Великого его сынубыло – как до Луны. И это почувствовали все уже на следующий день послевосхождения его на московский трон. Так, уже вскоре казанский хан, бывший при Иване III послушной марионеткой, обязанноймосковскому князю своим троном, двинет свое войско на Нижний Новгород. В Москвеже начавшуюся войну просто прохлопали – все там были увлечены свадебнымиторжествами: Василий IIIкак раз тогда женился на Соломонии Сабуровой, вроде даже по сильной любви.Нижний все-таки удалось отстоять: спас положение местный воевода, в отчаянье решившийся раздать оружиенескольким сотням заключенных в тюрьму "литовцев", т.е. русскихподданных Великого Княжества Литовского, попавших в русский же плен в последнююрусско-литовскую войну. Налет был отбит, но от прежней лояльности Казани неосталось и следа – Василий IIIвынужден был начинать процесс покорения уже покоренного его отцом ханства ссамого начала – со строительства на краю его территории городка-крепостиВасильсурска. И лишь сын Василия III завершит этот процесс кровавым штурмом 1552 года.
Впрочем, несмотря нанезначительность правителя, страна сохраняла в своем развитии взятый при егопредшественнике темп. Росла экономика, эмансипировались крестьяне,устанавливались дипотношения с европейскими государствами. Достраивалсяитальянцами Кремль и другие представительские сооружения. Расцветал бизнескупцов Строгановых.
Серьезные проблемы, вставшиеперед русским обществом в процессе его развития, в это царствование нерешались, откладываясь на неопределенное "потом", – но это как будтоне мешало стране развиваться, убаюкиваясь мыслью, что после, когда дела пойдутеще лучше, люди станут богаче, а страна – сильнее, решать их будет легче исподручнее. Увы, история не позволила реализоваться подобным упованиям – и ужетри десятилетия спустя после смерти князя Василия груз этих нерешенных проблемсвинцовым ядром потянет страну вниз. В кровавое болото разрухи, кризиса исмуты.
