Экс-депутат района Зюзино, автор книги «За демократию», сооснователь платформы «ВыДвижение» Александр Замятин пишет в журнале «Холод»:
«Национальные государства начали формироваться относительно недавно, менее 400 лет назад, и заняли большую часть мира только во второй половине XX века. Кроме того, этот процесс начался в специфических условиях Западной Европы и, преимущественно силой, был распространен на остальной мир.
<…> Применяя понятие государства к Древнему Риму или городам Ганзы, мы впадаем в анахронизм и рискуем приписать им те свойства, которыми они не могли обладать. Так, например, средневековые монархи во Франции и Англии не имели возможности запретить феодалам строить замки и обороняться от их вооруженных сил, поэтому их нельзя считать «главами государств». Также они не могли удерживать и монополии на сбор налогов и юстицию, без которых мы тоже едва ли можем говорить о государстве. <…>
Как и государства, нации сегодня тоже часто представляются людям универсальными сущностями, имеющими естественные истоки и уходящими корнями в глубокую древность. <…> Тем временем нация тоже является новым по историческим меркам понятием и явлением: нации начали складываться в Европе только в конце XVIII века.
<…> Хобсбаум показал, что многие атрибуты наций, которые мы воспринимаем как освященные древностью, были сконструированы всего 100–200 лет назад. К «изобретенным» традициям относятся, например, церемониал британской монархии (разработан в конце XIX века) и многие известные элементы японской культуры (придуманы в ходе Реставрации Мэйдзи во второй половине XIX века) <…>: «Специфика “изобретенных” традиций заключается в том, что их связь с историческим прошлым по большей части фиктивная. <…>». Это особенно актуально для постсоветской России, которая прошла через несколько попыток конструирования новой национальной идеологии <…>.
Остается один важный вопрос: почему национальные государства продолжают быть главными категориями нашего мышления о политике, несмотря на их разоблачение в социальных науках? Критические теории государства и национализма так и не вошли в обыденное знание, а упомянутые выше положения до сих пор звучат экстравагантно за пределами академических стен.
<…> Государство активно блокирует развитие альтернативных ему политических форм. <…>
В мире есть много мест, в которых национальные государства так и не установились, но, напротив, встретили серьезное сопротивление. Такие места в Юго-Восточной Азии, например, описывает антрополог Джеймс Скотт. Но гораздо больше примеров силового подавления попыток организации постгосударственных сообществ. Пожалуй, самую драматичную мы сейчас можем наблюдать в Рожаве, где курды борются за автономное самоуправление сразу с несколькими государствами.
<…> Сегодня в мире существует два глобальных вызова, с которыми, судя по всему, не могут справиться национальные государства: экологическая безопасность и социально-экономическое неравенство. Предположу, что для ответа на эти вызовы человечеству придется преодолеть национально-государственную парадигму и изобрести новые формы политической жизни».
