Издание «Re:Russia» пишет:
«События последних лет и даже десятилетий заставили экспертов и политиков говорить о намечающемся новом глобальном расколе, в котором рыночные демократии будут противостоять рыночным автократиям. <…>
Впрочем, всплеск геополитической напряженности, спровоцированный <…> (СВО — Полит.ру), послужил лишь триггером — отношение к Китаю в ЕС начало меняться раньше, отмечают эксперты центра Observer Research Foundation (ORF). В числе ключевых они называют именно политические факторы: нарушения прав человека в Синьцзяне, репрессии в Гонконге, напряженную ситуацию в Южно-Китайском море. На этот тренд наложился слом логистики во время пандемии COVID-19. Но <…> (СВО — Полит.ру) и определенное намерение Китая поддерживать Россию политически и экономически не позволяют уже оставить проблему без ответа.
Суть новой европейской политики в отношении Китая сформулировала весной 2023 года глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен: “Минимизация рисков, но не разрыв” <…>. Разрыв чреват разрушительными последствиями для обеих сторон. Если Россия была для ЕС лишь важнейшим поставщиком энергоресурсов, то Китай — один из главных торговых партнеров союза в принципе. Больше товарооборот у ЕС только с США и Соединенным Королевством. А по объему получаемого ЕС импорта Китай и вовсе лидирует с долей около 20% по итогам 2023 года, опережая США примерно в полтора раза (13,7%), следует из свежих данных Евростата.
<…> Помимо споров о правах человека, на повестке оказался вопрос о различии ключевых принципов разных “капитализмов”. Китай демонстрирует здесь выдающийся образец государственного контроля командных высот в экономике. Однако страны глобального Юга также склоняются к модели большего взаимопроникновения бизнеса и политики. И Китай, и эти страны считают, что такое взаимодействие — единственный способ ограничить историческое доминирование Запада на международных рынках.
<…> Такой уровень зависимости исключает любую возможность быстрого разрыва отношений. Однако, как это было и в отношениях с Россией до <…> (СВО — Полит.ру), по мере укрепления путинского авторитаризма вопрос о том, является ли взаимная торговля инструментом сдерживания и интеграции России (или Китая) или возможностью для усиления политического влияния в обратную сторону, становится открытым. Страны, зависимые от Китая в большей степени, вынуждены сдвигать свою политическую риторику. И дело тут не только в Викторе Орбане. Осторожную позицию занимает Франция. Эмманюэль Макрон, например, давал понять, что не считает проблему Тайваня очень важной для Европы. Но это в свою очередь подрывает евро-американское военно-политическое партнерство.
Однако высшая точка в китайско-европейских отношениях уже пройдена, и в дальнейшем они будут постепенно охлаждаться, предсказывает Алисия Гарсия-Эрреро. Помимо того, что ЕС и Китай будут все дальше расходиться политически и идеологически, их сотрудничество становится для ЕС все менее выгодным. Главным вызовом для европейских политиков Гарсия-Эрреро называет снижение зависимости от Китая в области энергетики за счет поддержки собственных производителей и развития инноваций.
Эксперты Центра европейских реформ также не верят в возможность острого конфликта: разрыв ЕС с Китаем слишком сильно ударил бы по уровню жизни в большинстве стран — европейские политики на это не пойдут. <…> Один из сценариев выхода из создавшейся ситуации для Европы и США — это перенос инвестиционных потоков и производств в другие развивающиеся страны Юго-Восточной Азии. Впрочем, такой сценарий делает более вероятной эскалацию военно-политической напряженности со стороны Китая».
