Телеграм-канал «Стальной шлем» пишет
о документальном романе «В саду чудовищ»:
«Это документальный роман американского писателя Эрика Ларсона, то есть вы читаете вроде бы роман, но в нём нет никакой отсебятины – все слова и действия персонажей подкреплены свидетельствами из архивов, мемуаров и научных исследований.
В романе два главных героя. Первый – это Уильям Додд, посол США в Германии с июня 1933 по декабрь 1937 гг. Сын бедных фермеров, ставший профессиональным историком и деканом исторического факультета Чикагского университета, специалист по эпохе «Старого Юга» – Додд был <…> сторонником эгалитарного республиканизма <…>. В свои 64 года на дипломатическую службу он попал почти случайно, потому что новый президент Франклин Рузвельт несколько месяцев не мог найти подходящей кандидатуры на должность посла в Берлине. Добрая часть книги посвящена постоянным конфликтам «бедного» Додда с «очень престижным клубом» из Госдепа, сплошь состоявшего из потомственных миллионеров.
В Германии Додд чувствовал себя призванным нести свет американского либерализма, но в течение первого года ещё пытался «войти в положение» нового режима. Ему казалось, что Гитлер рано или поздно перейдёт к более «умеренной» политике, если не хочет быть свергнутым консервативными военными и чиновниками. Но шло время, и Додд всё сильнее убеждался, что его старые представления о политиках как о рациональных субъектах не соответствуют новой реальности.
Вторая главная героиня романа – дочь посла Марта Додд. Богемная тусовщица и начинающая писательница, уже разведённая в свои 24 года <…>. Среди тех, вокруг кого Марта «порхала» <…> – первый шеф гестапо Рудольф Дильс, лётчик-ас Эрнст Удет, секретарь французского посольства Арман Берар и, конечно же, НАШ СОВЕТСКИЙ дипломат Борис Виноградов, который естественно оказался ещё и гэбистом.
На первых порах американка была очарована нацистской революцией и по собственным признаниям «зиговала не менее страстно, чем самый ярый нацист». Но за год жизни в Германии её энтузиазм затух – сыграли роль и впечатления от публичной травли евреев, и «инсайды» от любовника Дильса о грызне в нацистской верхушке, и истерика Геринга на суде по делу о поджоге Рейхстага, и дружба с будущими активистами «Красной капеллы», и отношения с Борисом. Впрочем, разочаровавшись в нацизме, Марта Додд увлеклась другой модной и прогрессивной идеологией – сталинским коммунизмом.
Большая часть романа фокусируется на первом годе службы Додда – от его назначения послом в июне 1933 г. до «Ночи длинных ножей» в июле 1934 г. За это время Додды успели пройти путь от «не всё так однозначно» и «нужно дать Гитлеру шанс» до полного неприятия нацистской диктатуры, которая готова идти на внесудебные расправы ради сохранения и укрепления собственной абсолютной власти. Детально описанная «Ночь длинных ножей» является кульминацией и катарсисом романа, после которого Уильям Додд <…> стал рьяным сторонником иностранного вмешательства и давления на Гитлера – всего того, к чему 90% изоляционистской Америки тогда не были готовы».
