Независимость иногда дает совершенно неожиданные результаты, особенно в банковской сфере, когда вместо политического суверенитета она начинает означать попытку потерять зависимость от здравого смысла и экономических законов.
Таким вот независимым – даже от собственного Совета – стало недавнее решение Национального банка Украины (НБУ) о ревальвации гривны. Начиная с 22 мая Нацбанк Украины повысил стоимость гривны относительно доллара на 4% - с 505 до 485 гривен за 100 долларов. Само по себе повышение курса украинской национальной валюты выглядит не очень значительным – российский рубль относительно того же доллара ревальвировался на 35% - однако любое изменение в курсовых отношениях, производимое НБУ, выглядит как отступление от его собственной политики. А это, понятное дело, порождает недоверие со стороны держателей валюты к ее эмитенту.
Почему ревальвация украинской гривны является отступлением от собственной политики? Дело в том, что уже много лет подряд главный банк страны проводит политику, которая называется currency board, что переводится на русский язык не очень удачным выражением «валютное управление». Это управление, в общем, сводиться к тому, что центральный банк той или иной страны выпускает во внутреннее обращение национальные деньги только при покупке в свой резерв иностранной (желательно твердой) валюты. Какой-либо другой способ эмиссии денег, например, путем приобретения облигаций государственного займа, строго воспрещен.
При этом важно, что валюта покупается в резерв по единожды установленному курсу, который не меняется длительное время и может лишь колебаться на вторичном рынке в очень узких границах «валютного коридора». Так, курс 505 гривен за 100 долларов был установлен НБУ 21 апреля 2005 года, то есть продержался без изменений больше трех лет. А на более высоком уровне в 533 гривны за 100 долларов украинская валюта держалась с 29 октября 2002 года по, соответственно, 21 апреля 2005 года, то есть два с половиной года.
Если внешнеэкономическая ситуация для страны начинает складываться неудачно и приток иностранной валюты снижается, центральный банк прекращает покупать ее в резерв. Если же дела идут совсем плохо и валюты становиться совсем мало, то тогда центральный банк начинает продавать ее из своего резерва, стараясь поддерживать курс на прежнем уровне. При этом автоматически сокращается и количество национальных денег в обращении.
Подобная устойчивость валютной политики дает существенные преимущества резидентам данной страны, так как им не надо заниматься прогнозированием динамики курса национальной валюты (что часто представляет собой гадание на кофейной гуще) или использовать инструменты валютного рынка, с помощью которых можно захеджировать или застраховать валютный риск. Валютный риск снимается самой политикой центрального банка, что существенно снижает затраты резидентов при валютных операциях, так как хеджирование и страхование может быть дорогостоящим мероприятием.
Поэтому каждый раз, когда главный банк страны отступает от своих правил, и вносит неопределенность в валютные отношения, это вызывает сильную напряженность в деловых кругах – они несут убытки по уже заключенным контрактам и пребывают в неуверенности по поводу будущего состояния курса. Но в такую ситуацию национальные центральные банки попадают вынужденно. Все-таки доллар падает относительно всех мировых валют уже очень длительное время, поэтому избежать повышения курса гривны относительно доллара нацбанку Украины, как и другим центробанкам, оказалось практически невозможно.
Другое дело, что момент для ревальвации гривны был выбран крайне неудачно. Обычно ревальвация национальной валюты относительно ведущей мировой происходит только после длительного перевеса экспорта над импортом, иными словами, большого и устойчивого активного сальдо платежного баланса. За время этого перевеса у центрального банка и других резидентов накапливаются значительные валютные резервы, потом погашаются валютные долги и в какой-то момент у многих операторов валютного рынка созревает идея о недооцененности национальной валюты. Как следствие, производится ее ревальвация, которая хоть и снижает выручку экспортеров, зато делает более доступным импорт, что для многих стран является более важным обстоятельством их хозяйственной жизни.
Но в случае Украины экономическая логика была серьезно нарушена. Центральный банк республики произвел ревальвацию национальной валюты тогда, когда ее платежный баланс стал пассивным. Если в 2005 году активное сальдо по счету текущих операций составляло $2,5 млрд., то в 2006 году сальдо стало отрицательным в размере $1,6 млрд. В 2007 году негативные тенденции усилились, и пассивное сальдо достигло $5,9 млрд., а за первый квартал текущего года – $3,6 млрд., что в годовом исчислении равно $14,4 млрд. Обычно в подобных ситуациях центральный банк производит девальвацию национальной валюты, а не ревальвацию, однако, по всей видимости, украинскому Центробанку экономические законы не писаны.
Пока, правда, дефицит платежного баланса удается покрывать или продажей активов (но в конкретных украинских условиях это очень слабый ресурс), или ростом внешних заимствований. Объем этих заимствований, кстати, достиг неприлично большой суммы в $ 92 млрд., увеличившись за три последних года (с апреля 2005 года по апрель 2008 года) в три раза. Особенно быстрыми темпами долг рос три последних квартала, увеличиваясь за каждый квартал на $10 млрд. При этом валютные резервы НБУ едва-едва растут, составляя только $34 млрд., из чего следует, что внешний долг покрыт валютными резервами только на 37%. Но судя по ситуации на мировых финансовых рынках, с этим безобразием скоро будет покончено, так как получить новые кредиты страна с таким низким рейтингом как Украина, просто не сможет. И финансировать дефицит платежного баланса будет нечем.
Ситуация, скажем так, критическая, и в этих условиях идти на ревальвацию национальной валюты могут только не вполне адекватные люди. Каковыми, скорее всего, и являются члены правления Национального банка Украины.
