«Выход Волочковой из партии» свидетельствует о существующей уже пару лет минимум тусовочной моде на протест. Что имеет под собой основания — протест превращается в прибыльный продукт. Пока еще социальная прослойка, потребляющая его сознательно невелика, но...
Балерина Анастасия Волочкова в своем блоге заявила, что покидает партию «Единая Россия». По ее словам, перед столь мужественным решением она еще раз перечитала программные документы организации и нашла множество противоречий между ними и действиями руководства политической партии.
По словам Волочковой, с момента ее вступления в партию в 2003 году она все время проявляла активность, занималась благотворительными акциями в поддержку детей и молодежи. «Ходила по кабинетам высших руководителей партии, просила поддержки, искала понимания. Кивали головой, соглашались, что это нужно и…пропадали. Объявлялись только, когда нужно было куда-то сходить, посветиться на фоне партийных баннеров. После этого снова молчание», — заявила она. И еще пожаловалась, что, мол, ее заставили некогда подписать письмо с осуждением Ходорковского, она согласилась, но текст ей прочитать не дали. Теперь вот сожалеет, по всей видимости.
Новость — преимущественно в жанровом смысле — сомнительная. Заявляла Волочкова о том, что в партии любят ее тело, а не ее ум (недословная цитата, но смысл такой) в эфире НТВ некоторое время назад. И кто-то из таблоидов это даже отрефлексировал. То есть новости нет.
Содержание тоже вызывает некоторые вопросы. Как-то: имеется ли факт «положил партбилет на стол» или нет? И какое значение имеет для партии выход из нее Волочковой? Иные скептики отметили более работу пиарщиков бывшей примы Большого театра, отказав ивенту в праве на самостоятельную, вне чистой самопродажи жизнь. С Нового года все сначала обсуждали фотосессию Волочковой ню, которую женщина выложила в блоге. Затем коллажи на эту сессию. Затем — пост Волочковой с выложенными коллажами на ее фотосессию. Наконец выход Волочковой из «Единой России».
Аккуратно предположим: обида балерины неподдельна. Например, такая версия: целый набор медиа-дам трудится в поте лица и остальных частей тела с прицелом на некое повышение статуса и превращение из «красивой дурочки» в «лидера общественного мнения». Однако же что происходит? Опять-таки в качестве предположения — на сцене появляется Анна Чапман, разведчица, отмеченная самим Владимром Путиным. Появляется на сцене в буквальном смысле слова и произносит невнятные речения про позитив перед молодыми сторонниками партии власти. В общественный совет какового движения ее тут же и принимают. Не менее приятственно для неудавшейся шпионки повели себя телеканалы наперебой предлагавшие ей ведение различных телепрограмм, в том числе и серьезного для «зомбоящика» содержания.
Иными словами, на узком рынке «лидеров общественного мнения» появляется неожиданный конкурент, заслуг которого в медиа-битвах за позицию «красотка с мозгами» не обнаруживается. Более того — Чапман позволительно фотографироваться в откровенных фотосессиях (для журнала «Максим»), а вот Волочкову некоторые единороссы начали критиковать.
Однако же имеется и иной разворот темы. А именно: «богемная» мода на протест. Не тот, что шахтеры на Горбатом мосту, и даже не тот, что несогласные и ОМОН, а такой гламурненький, красиво упакованный. В обложку журналов «Эсквайр» и GQ. Или в колонки главного редактора того же GQ Николая Ускова. Наконец, в виде роликов в сети, непременно на Youtube с обязательным перепостом на Facebook и в ЖЖ (хотя ЖЖ, разумеется, это «вчерашний день»). Неважно, что за ролики — песня «Еду в Магадан», Налича или что-то из творчества социального рэпера Нойза ЭмСи здесь вполне эквивалентны «тому самому выступлению Парфенова» и записи «жемчужного прапорщика». Они прочитываются очевидно одинаково, как опознание своего.
Отчасти это можно списать на опять-таки узость официальной поляны и очевидную деградацию смыслов в публичном пространстве. Известно: телеведущий = Познер и Соловьев, телеведущая = Ситтель и Андреева, политик — Жириновский и Зюганов и так далее. Вход на рынок если не закрыт вовсе, то уж точно многотруден и вакансий мало. Остальным остается разной степени тяжести «либеральное фрондерство». Некогда оно называлось «либеральной фигой в кармане», но после изменения риторики властей (перелом случился где-то в районе интервью Дмитрия Медведева «Новой газете» - президент сам проявил себя «либералом») «фига» была предана забвению и в качестве образа используется лишь излишне заигравшимися в охранительство пропагандистами.
Фрондерство стало модным. И продаваемым. Те же Нойз ЭмСи и группа Барто — успешные коммерческие проекты. Деполитизированный, но интернетом взрощенный Налич едет на Евровидение. В эфире «Первого канала» в прайм идет программа «ПрожекторПэрисХилтон» с неострыми политическими шутками. Константин Эрнст тоже почувствовал какой-то такой тренд. Отсюда и слух, будто в этой передаче снимался премьер Владимир Путин — если уж Эрнсту можно, то недалеко и до Путина. Однако же пресс-секретарь премьера все опровергает, значит, пока еще не принято решение процесс возглавить, раз уж победить не удается.
В этот ряд отлично укладывается и «партбилет Волочковой» - просто подтверждение тренда. Интерпретация же сей моды на протест в том, что наши «гламурные тусовщики» в общем-то представляют собой тот самый средний класс, каким он виделся российским правителям. То есть: когда достаток настолько хорош, что оппозиция «колбаса или свобода» обнуляется, хочется и того, и другого и еще «Порш Кайенн» (по вкусу). Масса таких людей растет, по всей видимости, ибо наличествует вполне успешная коммерциализация моды на протест. Здесь речь не об интернет-телеканале «Дождь» или журнале «Большой город» - там как раз туманно с коммерческими перспективами. Речь о рекламных доходах от того же «Прожектора» или сборах блоггера Навального на его сайт «РосПил» - за два дня собрано миллион (!) рублей. Это означает, что покупательский спрос на протест и/или контроль за властью вполне существует.
Для властей это мощный вызов. Салонное сочувствие социалистам было если не причиной победы революции, то уж точно барометром (какое там студенчество, ошибался Владимир Ильич!). Фрондерство «Таганки» и рязановских фильмов было свидетельством тяжкой болезни советского официоза. Конечно, в случае с Эрнстом и Волочковой картина представляется несколько иная — здесь и протест как рыночный вполне товар, и упаковка у него вполне соответствует. Игра, травестийная пародия, ничего серьезного. Как бы протест — как майки с товарищем Че. Однако а) создается поляна для реализации протеста политического (по сути, по форме может быть любым), б) гламурная «социальная база» в виде тех же Волочковой и Ускова вполне способна резко расшириться, буде мода будет принимать новые и новые формы. Известен принцип раскрутки любого премиального бренда — запустил сарафанное радио, собрал тусовщиков. Когда три процента лидеров тусовки будут приоретать твой продукт — ты победил, через год в этих тряпках или сотовых телефонах будут ходить все. А «Блекберри» это или китайская реплика — не столь уж важно.
