«Газовый кризис» в отношениях между Россией и Украиной в начале этой недели превратился в войну. Поскольку украинская сторона не выполнила основное требование «Газпрома» об оплате задолженности за ранее поставленный газ до 10:00 мск 16 июня, российский газовый концерн перевел украинскую сторону на предоплату поставляемого газа. «Перевод на предоплату» означает, что теперь все поставки газа будут идти только после получения платежей от украинских контрагентов. В противном случае, если платежи не будут получены, поставки газа прекращаются.
Кроме того, «Газпром» подал иск в Стокгольмский арбитраж с требованием о взыскании $4.5 млрд. долга Украины за ранее поставленный газ, который украинская сторона до сих пор не удосужилась оплатить. В свою очередь, украинская сторона подала иск в тот же суд с требованием взыскать с «Газпрома» переплату за купленный с 2010 года газ в размере $6 млрд.
Таким образом, переговоры о цене на газ, условиях его оплаты, и порядке погашения задолженности закончились безрезультатно.
Позиция Украины на переговорах становится более шаткой. Сейчас, пока еще лето, и в хранилища закачано достаточно газа, она может позволить себе торговаться дальше, и не принимать условия российской стороны. Но ближе к осени (к октябрю, как уверяют украинские должностные лица), ситуация станет куда менее комфортной. Украинским потребителям придется уверенно рассчитывать только на собственную добычу, а она не так велика, чтобы покрыть их спрос. В прошедшем году на Украине было добыто около 21 млрд. м3 природного газа, а потребление составило около 50 млрд. м3. Соответственно, дефицит в 29 млрд. м3 был покрыт поставками из России, и если эти поставки сократятся или прекратятся, то и энергетический, и бытовой сектор Украины резко снизят свою выработку, если только действительно не заработают реверсные поставки из Европы.
Во-вторых, под угрозу могут быть поставлены поставки газа на территорию Европы. Собственно, боязнь срыва поставок и заставляла представителей ЕС активно участвовать в переговорах между Россией и Украиной, надеясь привести стороны к согласию. Но этого не произошло, и теперь поставки газа в Европу подвергаются определенному риску – попав в тяжелое положение с топливным обеспечением, Украина может начать несанкционированный отбор газа, идущий транзитом по ее газотранспортной системе в Европу, и тогда уже европейские потребители окажутся на «голодном пайке».
Для Украины, которая стремиться в ЕС, было бы крайне странно воровать газ, предназначенный европейским потребителям. Это грозило бы как репутационными потерями, так и крупными денежными исками. Украина рассчитывает на т.н. реверс, то есть покупку российского газа, прокаченного в Европу, который уже является собственностью оплативших его европейских газовых компаний, и который они могут перепродавать кому угодно. Правда, объемы этого газа вряд ли будут сопоставимы с объемами российских поставок на Украину (29 млрд. м3), да и расплачиваться за него придется по цене, близкой той, по которой его покупали европейские компании. А чем эта схема отличается от российских предложений, сказать трудно.
Еще один нюанс состоит в том, что теперь Евросоюзу придется делать какие-то реальные шаги по обеспечению гарантированного газоснабжения Европы, а не просто уговаривать Украину и Россию прийти к соглашению. Так, например, ЕС может начать выделять денежные средства, которые могли бы компенсировать разницу между ценой, которую хочет получать «Газпром», и ценой, которую может платить Украина. При этом, желательно, чтобы эти средства шли напрямую на счета «Газпрома», а не транзитом через украинские структуры.
Другой шаг, на который может пойти Евросоюз, - это разрешение увеличения прокачки российского газа по «Северному потоку», чтобы хоть как-то минимизировать риски возможного прекращения поставок газа через Украину. Сейчас, при пропускной способности в 55 млрд. м3 в год, поставки газа (в 2013 году) составили только половину – 27.5 млрд. м3 из-за ограничений, введенных ЕС. Разумеется, даже полная загрузка подводного газопровода не покроет всех потребностей Европы, которая транзитом через Украину получает 86 млрд. м3, но критическая потребность наверняка будет покрыта.
И, наконец, надо отметить еще одно обстоятельство в «газотранспортных отношениях» России, Украины и ЕС. Пока шли ожесточенные переговоры, российский газ продолжал прокачиваться в Европу, несмотря на неплатежи украинской стороны. Это хорошо понятно – европейские потребители производят платежи точно в срок, поэтому причин сокращать поставки не было. Но есть и еще одно соображение по поводу олимпийского спокойствия, демонстрировавшегося «Газпрома». Дело в том, что кроме европейских газовых компаний, на европейском газовом рынке активно участвуют компании, аффилированные с «Газпромом». У них есть собственные газохранилища, куда поступает российский газ, и из которых он может быть в любой момент пущен на продажу на т.н. рынке спот, то есть рынке за наличный расчет по свободным ценам.
Любое сокращение прокачки газа наверняка вызовет скачок цен на газ на рынке спот, и этим скачком воспользуются имеющиеся на рынке продавцы. И аффилированные с «Газпромом» структуры тоже – уж в их-то газохранилища наверняка закачаны достаточные объемы газа, чтобы ими можно было спекулировать с вполне приличной прибылью. Недаром компанией было объявлено о прекращении действия договора, который предусматривал компенсацию украинской стороной суточных колебаний потребления газа в Европе.
