Иран: ожидаемые последствия отмены санкций

В связи с предстоящей отменой санкций против Ирана, у части российского общества возникло опасение, что она может нанести ущерб российским интересам. Во-первых, увеличатся поставки иранской нефти на мировой рынок, что вызовет очередное падение цен на углеводороды; во-вторых, иранский рынок снова станет открытым для всех компаний мира, в том числе из стран, которые ввели санкции, и это резко усилит конкуренцию для российских компаний.

Представление о том, что допуск Ирана на мировой рынок нефти приведет к падению цен, вызван, скорее всего, несколько гипертрофированными представлениями об объеме иранской добычи и экспорта нефти . Хотя Иран, действительно, обладает очень большими запасами углеводородов, но добывает и экспортирует он их совсем не в тех объемах, как маркетмейкеры этого рынка - Саудовская Аравия и Российская Федерация. Если мы сопоставим эти данные, то увидим, что страхи по поводу появления на рынке дополнительных количеств иранской нефти явно преувеличены.

Как хорошо видно, экспорт иранской нефти (еще до санкций) составлял одну треть от экспорта саудовской нефти, и меньше половины российского экспорта; а после введения санкций вообще упал до незначительных величин.

Правда, как раз в связи с этим падением добычи и экспорта, а также его последующим восстановлением и возникают некоторые опасения по поводу предстоящей динамики нефтяных цен. Однако тут надо заметить, что, хотя восстановление добычи и экспорта нефти до прежнего уровня обязательно произойдет, бояться этого, как представляется, не следует – слишком незначительным в общем объеме мировой добычи и экспорта будет увеличение предложения иранской нефти. Даже если предположить, что весь прирост добычи (42 млн.т.) пойдет на экспорт, то в общем объеме мирового производства (4,2 млрд.т.) этот прирост составит только 1%, а мирового экспорта (1,87 млрд.т.) – 2%. И на динамику мировых цен такое предложение повлиять никак не сможет.

Но вот как раз потому что у Ирана появятся дополнительные средства от экспорта нефти, которые, как минимум, будут составлять $16 млрд., у российских компаний появятся очень хорошие перспективы для поставок своей продукции в Исламскую Республику.

При этом, опять же, надо отметить, что до сих пор российские компании на иранском рынке были не очень-то заметны. При общем объеме иранского импорта за несколько последних лет в $70-$75 млрд. поставки российских товаров составляли $3-$3,2 млрд., то есть около 4%. Это совсем немного, поэтому опасения, что теперь мы потеряем иранский рынок, совершенно беспочвенны – мы и так на нем практически отсутствовали.

Более того, после начала действия санкций, когда Ирану пришлось сократить экспорт нефти и лишиться значительной части валютных доходов, российские компании уменьшили поставки в Иран до ничтожных $400-$500 млн. Ирану стало нечем платить, что и привело к падению российского экспорта (как, впрочем, и экспорта других стран).

Зато теперь, после снятия санкций, перспективы российских компаний резко улучшаются – из-за предстоящего роста валютных доходов Ирана и из-за того, что эти компании смогут, вероятно, получить преференции на иранском рынке благодаря дипломатической поддержке иранской стороны во время действия режима санкций и во время переговоров по ядерному оружию Ирана.

При этом надо иметь в виду, что хотя Исламская Республика является среднеразвитым в экономическом отношении государством, она все равно вынуждена значительную часть потребляемых товаров получать по импорту. И здесь возможностей для роста поставок более чем достаточно, тем более, что у иранских потребителей за три года наверняка сложился отложенный спрос, реализация которого на первых порах может привести к взрывному росту товарооборота. Очень бы хотелось, чтобы российские производители воспользовались им по полной программе.