Внезапно вспыхнувший конфликт в Абхазии, имеющий, на первый взгляд, чисто внутриполитическую подоплеку – одна группа лиц не поделила власть с другой - в немалой степени вызван серьезными экономическими проблемами.
О том, что в Абхазии масса экономических трудностей, которые никак не преодолеваются, неоднократно сообщалось в российских СМИ. Однако в этих публикациях в основном шла речь о «незалеченных ранах войны», то есть о том, что хозяйство республики до сих пор не восстановлено после многолетнего противостояния с Грузией, которое закончилось только после «августовской войны» 2008 года. Да и после этой войны, когда политическое положение Абхазии определилось, экономическая ситуация лучше не стала.
Естественно, нерешенность экономических проблем не может не беспокоить людей, и их недовольство может прорываться, в том числе, в виде насильственного свержения органов власти (которые они, кстати, совсем недавно сами себе избрали). Однако органы власти, новые или старые, вряд ли смогут решить сущностные экономические проблемы Абхазии.
Хотя трудности, вызванные длительным конфликтом, оказывают серьезное влияние на хозяйство, но они, как нам представляется, являются второстепенными на фоне двух других проблем, с которыми республика столкнулась. И, кстати, не она одна.
Если мы вернемся в прошлое, в относительно далекие 80-е годы, то можно будет сразу понять, с какими неизлечимыми болезнями Абхазия теперь живет. В те времена ее экономика (разумеется, неформальная, частная) жила в основном за счет двух источников дохода: продажи цитрусовых и туризма. Сейчас трудно себе представить, что за счет этого можно было не просто хорошо жить, но даже процветать, однако тогда дела обстояли именно так.
Возьмем для примера семью, у которой есть участок земли. На нем расположена небольшая плантация цитрусовых, например, мандаринов. Если в сезон с нее можно было снять, скажем, 10 тонн плодов и продать их даже по государственной розничной цене (2-3 рубля за кг.), то тогда доход семьи составит 20-30 тысяч рублей. И это в первой половине 80-х годов, когда заработная плата в 200-250 рублей в месяц (2400-3000 руб. в год) считалась очень приличной.
Теперь можно посмотреть на ситуацию сегодняшнего дня. Та же семья эксплуатирует такой же участок, и снимает с него такой же урожай. Сколько он стоит по текущим ценам в сезон? Ну, цена в рознице 1 кг мандаринов может составить 40 -60 рублей за кг. То есть по этим ценам за 10 тонн сейчас можно выручить 400-600 тысяч рублей. Не так плохо по нынешним временам – 30-50 тыс. руб. в месяц, но до сверхдоходов 80-х годов никак не дотягивает.
При этом мы оговариваемся, что в данный расчет не входят т.н. трансакционные издержки – транспортировка, проживание, сама реализация, ну и тому подобное. Поэтому фактический доход будет все-таки меньше расчетного.
Резкое падение доходов от аграрного сектора – это тот самый основной фактор, который торпедировал экономику Абхазии сопоставимо с войной. Но вот если войну можно прекратить, то сдвиг в ценовых пропорциях отменить невозможно. В самом деле, что нам теперь абхазские мандарины, лимоны и орехи (и не только абхазские), если фрукты и овощи везут со всего белого света, делая цену ниже. Продовольствие теперь не является дефицитом, как в советские времена, когда благодаря ограничениям (т.н. государственная монополия внешней торговли) удавалось поддерживать искусственно завышенные цены на плодоовощную продукцию. Ее теперь сколько угодно, и этот факт и является первой экономической болезнью Абхазии.
Другой болезнью является туризм, вернее, его сильное сокращение. И дело здесь не только в том, что Абхазия длительное время находилась в зоне конфликта и вся туристическая инфраструктура там сейчас разрушена, а в том, что теперь россиянам есть куда поехать отдохнуть, кроме курортов Кавказа. Если сейчас вспомнить советские времена, когда отдых на Черноморском побережье считался роскошным времяпрепровождением, то можно себе представить, какие суммы оседали в т.н. частном секторе в течение летнего и бархатного сезонов. Но теперь этих сумм нет, и уже больше никогда не будет, даже если вся инфраструктура будет восстановлена. И дело даже не в том, что с мировыми курортами Абхазия теперь будет тяжело конкурировать, а в том, что в советские времена гражданам все равно деваться было некуда - выезд за границу был крайне ограничен. Поэтому на отдых на внутренних курортах существовал избыточный спрос, создававший своего рода ренту; и эту ренту местное население могло эффективно присваивать.
Но теперь этой ренты нет, так же как и ренты от реализации плодоовощной продукции. И вряд ли в качестве фактора спасения стоит рассчитывать на ограничения заграничного выезда в Египет, Турцию или Грецию или прекращение торговли с Марокко или Испанией.
Создаваемый когда-то искусственным образом избыточный спрос ушел в область исторических преданий, и это обстоятельство является основной проблемой экономики Абхазии (да и других аналогичных регионов постсоветского пространства), которую простой сменой власти не решить. Формирование же условий для завоевания новых экономических ниш в условиях ограниченного международного признания – достаточно трудная и кропотливая работа, меньше всего похожая на митинг перед президентским дворцом.
