Почти век назад, 12 сентября 1919 года, в 11 утра по Гринвичу в лондонском офисе компании «Н.М. Ротшильд и сыновья» (N M Rothschild & Sons) собрались представители пяти компаний, крупнейших производителей и продавцов золота, чтобы по просьбе Банка Англии определить справедливую цену на драгоценный металл. Так появился золотой фиксинг — способ определения стоимости золота, которым до сих пор пользуются все хоть сколько-нибудь заметные игроки рынка.
Тогда, в 11 утра 12 сентября 1919 года, было определено, что справедливая цена на золото – 4 фунта 18 шиллингов и 9 пенсов (в переводе на современный «десятичный» фунт – 4 фунта 94 пенса) за тройскую унцию (31,1034768 грамма).
В 2014 году над золотым фиксингом впервые нависла угроза серьезной реформы — так что он может и не дожить до столетнего юбилея в неизменном виде.
Необходимость определения стоимости золота возникла в результате того, что после Первой мировой войны пошатнулась система золотого стандарта, на которую прежде опирались все главные валюты, в том числе и фунт стерлингов.
Процедура определения справедливой цены на золото напоминает аукцион. Вначале председательствующий объявляет цену, которую считает оптимальной. Все участвующие в заседании поддерживают постоянную связь с брокерами, которые, в свою очередь, контактируют с компаниями, торгующими «физическим» золотом (а не фьючермами или опционами) и знают, какую цену в данный конкретный момент могут предложить за золото. Если за цену председательствующего никто не готов золото продавать, то цена увеличивается, если вдруг не оказывается покупателей, то цена, соответственно, уменьшается.
Участники конференции, как правило, не участвуют в ней физически — изначально она проходила при помощи телефонной связи, с 2004 года используется более современная конференц-связь. На все уходит, как правило, около 15 минут.
С сентября 1919 года каждый будний день цена на золото определяется дважды — сейчас это происходит в 10:30 и 15:00 по лондонскому времени. Если изначально цена определялась только в фунтах, то теперь добавились котировки в долларах и евро. Причем сначала цена устанавливается именно в долларах, а затем по рыночному курсу пересчитывается в фунты стерлингов и евро.
Согласно давно сложившемуся на Лондонской бирже драгоценных металлов правилу, все золото должно соответствовать критериям «хорошей доставки» (good delivery). Это значит, что его проба должна быть не ниже 995, вес слитка должен быть в пределах от 350 до 430 тройских унций (примерно 11-13 кг), а также слиток должен быть заверен одним из 49 предприятий, которые зарекомендовали себя как надежные поставщики.
Из первоначальной «золотой пятерки» компаний, которые определяли цену на драгоценный металл, сейчас не осталось ни одной. Сегодня в определении цены на золото участвуют четыре банка: канадский Bank of Nova Scotia, британский Barclays Capital, также зарегистрированный в Лондоне HSBC, основные активы которого, однако, находятся в Восточной Азии, а также французский Société Générale. Еще недавно в торговле участвовал Deutsche Bank, однако он закрыл свое подразделение, которое отвечало за торговлю драгоценными металлами, и «выбыл».
Несмотря на совершенно непрозрачную процедуру определения цены на золото, лононский фиксинг является чуть ли не единственным способом узнать, сколько же в данный момент готовы дать за драгоценный металл. Коммерческие банки и предприятия по всему миру используют золотой фиксинг при покупке и продаже золотых слитков, а также при открытии и ведении обезличенных металлических счетов в золоте — а это один из самых популярных способов инвестиций в драгоценный металл среди населения.
Даже государственные организации пользуются золотым фиксингом — потому что больше просто нечем. Банк России, например, ежедневно устанавливает учетные цены на драгоценные металлы. Для того, чтобы понять, сколько стоит золото, в ЦБ переводят доллары в рубли, тройские унции в граммы и получают цену.
И все же, несмотря на многие годы успешного функционирования и доверия всего мира, золотой фиксинг, судя по всему, ждет реформа. 8 июля в Лондоне проходит встреча членов Всемирного совета по золоту, в который входят крупнейшие производители, и представителей банков, которые, собственно, определяют золотой фиксинг и торгуют золотом на Лондонской бирже драгоценных металлов.
Справедливость золотого фиксинга была поставлена под сомнение после того, как Европейская комиссия обвинила несколько финансовых организаций в манипуляцией ставкой межбанковского кредита Libor. Эта ставка никак не связана с фиксингом, однако также определяется частными компаниями и, как оказалось, может быть несколько изменена в интересах какого-либо игрока.
После скандала с манипуляцией ставкой Libor регуляторы начали проверять и другие ключевые индикаторы на непредвзятость. Подозрения относительно инсайдерской торговли участников определения золотого фиксинга были давно — как показывает практика, за несколько минут до публикации нового значения объем торговли фьючерсами подскакивает, порой, в полтора раза.
В мае британское Управление по финансовому регулированию и надзору оштрафовало банк Barclays на 26 млн фунтов (44 млн долларов) за манипуляции с ценами на золото. Как показало расследование, руководство банка при определении цены на золото допустило конфликт интересов между своими сотрудниками и клиентами. Иными словами, сотрудники банка использовали закрытую информацию для торговли золотом и, соответственно, личного обогащения на протяжении, по крайней мере, десяти лет — с 2004 по 2013 годы.
Вопросы вызывает также то, что участники ежедневных конференций принципиально не публикуют ни записи разговоров, ни стенограмм.
О том, в какую сторону пойдет реформа лондонского фиксинга пока неизвестно. С одной стороны, в современном мире, формально, золото потеряло функцию денег и является обычным сырьевым товаром — таким же, как нефть, бриллианты или рис. Если исходить из этого, то ничто не мешает фиксинг попросту отменить — нет же его на нефтяном рынке и никто от этого не страдает.
С другой стороны, золото является одним из основных способов сбережения, наравне с покупкой стабильных валют. Во многих государствах, в том числе и России, золото можно очень легко приобрести, заплатив при этом минимум налогов — представить такие манипуляции с зерном или нефтью крайне затруднительно.
Вряд ли выбранный способ кардинально изменит цену на золото — если бы лондонский фиксинг не отражал реальный баланс спроса и предложения, он был бы никому не интересен. Однако реформа может заставить понервничать трейдеров и крупных игроков — так что рынок золота, который и так не отличается устойчивостью, в ближайшее время ждут непростые времена.
