Неформальный Саммит лидеров стран СНГ не принес каких-либо заметных сенсаций. Подобный итог был вполне ожидаем. Московская встреча изначально рассматривалась как промежуточная "сверка часов" перед декабрьской встречей постсоветских лидеров.
Зато отсутствие официальной повестки встречи позволило журналистам поупражняться в прогнозировании. Этим, собственно говоря, и были заполнены новостные и аналитические блоки основных изданий стран Содружества накануне мероприятия. Между тем, формат "СНГ-12" незаметно для прессы трансформировался в формулу "СНГ-8". Отпуск туркменского лидера, совпавший по времени с моментом проведения Саммита, никого особо не удивил, а Владимира Путина, подозреваю, даже и не огорчил. Конечно, хозяину встречи было бы приятно видеть гостей в полном составе, но капризная, иначе не скажешь, политика Сапармурата Ниязова в вопросе поставок энергоносителей не способствует формированию позитивных отношений, прежде всего на личностном уровне с ключевыми лидерами стран СНГ.
Виктор Ющенко, до последнего момента, устами своей пресс-службы интриговал на предмет участия в работе Саммита. Смысл заявлений украинской стороны сводился к тому, что сложная внутренняя обстановка не позволяет президенту покидать страну, но, с другой стороны, он ощущает глубокую потребность в этой встрече, поскольку намерен поставить перед партнерами по СНГ целый ряд жизненно важных вопросов.
Уже утром 21 июля появилась "инсайдерская" информация, о том, что украинский лидер все-таки прибудет в Москву и даже обсудит с президентом Путиным процесс формирования нового правительства Украины, во главе с Виктором Януковичем. К 12 часам дня эта информация обрела характер полуофициального сообщения пресс-службы Президента Украины. Но уже спустя два часа выяснилось, что Виктор Ющенко в Москву не приедет. Тем временем украинские политики и эксперты активно комментировали возможности реформирования структур СНГ, причем большинство оценок носили скептический характер и сводились к тому, что Содружество давно превратилось в консультативный орган и не соответствует потребностям реальных экономических и политических практик.
Украинский политолог Кость Бондаренко справедливо отметил, однако, что Виктор Ющенко не может игнорировать необходимость участвовать в различных межгосударственных объединениях на постсоветском пространстве, поскольку именно в России, и в Азии лежат главные рынки сбыта украинских товаров, главные экономические интересы Украины. Видимо, на окончательное решение всё-таки повлияла политическая ситуация, сложившаяся внутри страны, что собственно и подчеркнул в своих комментариях к президентскому выбору один из ключевых игроков политической команды Ющенко бывший премьер-министр Украины Кинах.
"Закавказские интриги" сводились к двум вполне ожидаемым сюжетам: возможной встрече Саакашвили и Путина, на которой должен был обсуждаться вопрос о статусе российских миротворцев, а также к формату диалога Армения-Азербайджан. Армянская сторона достаточно категорично заявляла о том, что двухсторонняя встреча Алиева и Кочаряна не планируется. В тоже время официальный Баку туманно относил эту перспективу на усмотрение и инициативу Владимира Путина.
Утром 21 июля события развивались с калейдоскопической быстротой. Закавказская интрига умерла, едва успев родиться. Вначале президент Армении Роберт Кочарян объявил о своём отказе приехать в Москву, в связи с ухудшением состояния здоровья. Спустя несколько минут информационные агентства сообщили, что Саммит СНГ лишился еще одного постсоветского лидера Михаила Саакашвили. Причины отказа от поездки Президента Грузии были для всех очевидны. Скорее всего, российская сторона не подтвердила двухстороннюю встречу Саакашвили и Путина, после чего смысл поездки главного оппонента Москвы в Закавказье был окончательно утрачен. Участвовать в неформальном мероприятии под эгидой структуры, целесообразность существования которой Саакашвили ставит под сомнение едва ли не каждый день, большой необходимости не было.
Когда стало ясно, что списочный состав участников Саммита сократился ровно на треть, ряд оппозиционных Кремлю интернет-изданий приступили к внедрению в общественное сознание очевидного, с их точки зрения, факта - неформальный Саммит провалился. Однако на постсоветском пространстве нет ничего невозможного. Любая, даже абсолютно проигранная ситуация может быть спасена. Важно только грамотно формировать информационное пространство вокруг события. В этом отношении нет равных казахстанскому лидеру.
Нурсултан Назарбаев заранее примерил на себя роль героя-спасителя СНГ. Президент Казахстана, кстати, все больше напоминает Михаила Горбачева периода 1986-1987 годов, т.е. буквально не покидает первые страницы международных СМИ, выдвигая одну стратегическую инициативу за другой. В Москву Президент Казахстана доставил секретный план по реформированию СНГ. Секретность его определялась тем, что официальные лица казахстанской делегации наотрез отказывались даже намекнуть журналистам на ключевые положения будущей реформы, ограничившись указанием на "экономический характер" возможных нововведений. Утечки информации из самого Казахстана позволяли предположить, что участникам Саммита будет предложен "клубный" вариант реформирования СНГ. Экспертам, желающим получить "инсайд" о стратегических инициативах Президента РК рекомендую читать материалы КИСИ, в которых, как правило, за несколько дней до ответственных выступлений Нурсултана Назарбаева озвучиваются главные положения его докладов. Так было и в этот раз.
Посильную помощь Кремлю в "сохранении лица" оказал также молдавский президент Воронин, который долгое время, вместе с Михаилом Саакашвили, ходил в главных российских недругах, а вечером 21 июля поведал журналистам, что его страна вовсе не собирается покидать такую полезную организацию как СНГ и только надеется на равноправное партнерство как в экономической, так и в политической сфере. "Без старших и младших братьев" - заметил господин Воронин.
В первый рабочий день Саммита Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев выступили с докладами о встречах в формате G-8, и отчитались перед руководителями стран СНГ,- как они отстаивали интересы постсоветских республик перед мировыми лидерами. Затем, настал черед "секретного плана" Назарбаева, который, как оказалось, был заранее разослан постсоветским лидерам для предварительного ознакомления.
Большинство предложений этого плана уже неоднократно озвучивались российскими и казахстанскими экспертами: трансформировать СНГ через сокращение бюрократического аппарата, придать исполнительным структурам Содружества большую мобильность и эффективность. Разграничить "ниши" межгосударственного сотрудничества на двусторонний и многосторонний уровень. Четко определить параметры вопросов, затрагивающих интересы всех стран-участниц СНГ: энергетика, единые транспортные коммуникации, вопросы миграции, культурно-гуманитарное сотрудничество. Не дублировать в рамках СНГ проекты, реализуемые другими региональными организациями, приводить в действие только консенсусные решения.
Это, если так можно сказать, философия структурной реформы Содружества. А в сухом остатке - постепенное превращение СНГ в клуб постсоветских лидеров, универсальную площадку для диалога.
Можно ли рассматривать эти предложения как очередной имиджевый проект? И да, и нет. Действительно, существует целый ряд вопросов экономического взаимодействия, которые необходимо решать в формате 12 республик бывшего СССР, но те страны, которые готовы к реальной интеграции, уже нашли возможности и формы развития подобных контактов. Превратить СНГ в расширенный вариант ЕврАзЭС вряд ли возможно.
Напомним, что еще в апреле 2005 года после ново-огаревской встречи Путина и Назарбаева президент Казахстана заявил о наличии плана кардинальной реформы структур СНГ с учетом новых реалий, сложившихся на пространстве Содружества. Поскольку за прошедший год особых изменений отмечено не было, следовательно, нет основания считать, что новые предложения казахстанского лидера будут восприняты большинством стран СНГ как живое руководство к действию. Однако политические и экономические реалии могут подтолкнуть к трансформации "виртуального" Содружества в "переговорный клуб. Но в этом случае "клуб по интересам" будут посещать страны-партнеры, а по отношению к остальным "игрокам" может восторжествовать принцип - "чужие здесь не ходят".
Итоги Саммита производят двойственное впечатление. С одной стороны, уже одно наличие плана по реформированию Содружества показывает, что ключевые игроки на постсоветском пространстве не намерены списывать проект СНГ в архив. Очень важно, что конструкция СНГ по-прежнему соединяет государства, которые фактически оказались в разных политических измерениях. Вряд ли существуют иные стратегические вопросы, объединяющие интересы, предположим, Армении и Таджикистана. СНГ - последняя возможность ощутить себя частью единого целого. И даже Михаил Саакашвили не торопится окончательно порвать с этой переговорной площадкой. Хотя вполне возможно, что его отсутствие в Москве станет последней точкой в бракоразводном процессе Грузии с "врагами демократических процессов".
Полагаю, что Владимир Путин действительно стремится сохранить пространство для диалога между бывшими республиками Союза. Упорное желание некоторых политиков похронить любую интеграционную систему на постсоветском пространстве российский лидер воспринимает с нарастающим чувством раздражения, по принципу: "не хотите? не надо!" Другое дело, что разговоры о равноправном партнерстве, отсутствии "младших и старших братьев" носят абсолютно виртуальный характер и не подкрепляются реальными политическими и экономическими практиками.
Сложность ситуации в том, что от России по-прежнему многие ждут добровольного "донорства", но не готовы, взамен, действовать строго в фарватере ее интересов. Российская дипломатия, провозгласив переход к новому, прагматическому курсу, так и не определила внятную и четкую стратегию действий по отношению к постсоветским странам. Чаще всего, это политика крайностей: либо полная индифферентность в стиле "ранних 90-х", либо жесткая дипломатия "от Газпрома".
СНГ меняется, поскольку происходят кардинальные изменения в тех странах, которые это Содружество собственно и составляют. Более того, меняется и постсоветское пространство в целом. Оно дробиться, утрачивает прежнюю субъектность, но постепенно, в полном соответствии с законами диалектики, вырабатываются новые экономические и политические связи, которые основаны уже не на памяти о былой вечной дружбе, а на реальных практиках. Поэтому, полагаю, ответ на вопрос о дееспособности СНГ могут дать только время и степень понимания постсоветскими лидерами новых реалий и вызовов времени.
Таким образом, неформальная встреча лидеров стран СНГ оставила очень много нерешенных вопросов, но назвать ее полным провалом вряд ли возможно. Пациент "Содружество Независимых Государств" жив, по состоянию, на двадцатые числа июля. Но отсутствие квалифицированной помощи может привести к печальным последствиям в самом ближайшем будущем.
